-Если можно, расскажите о цели Вашего приезда в Ригу. Я знаю, что Вы с особым чувством относитесь к нашему городу и достаточно часто бываете здесь.

-Это уже традиция встреч с вашим зрителем. Уже более 30 лет Рига – это город, куда мы регулярно привозим или спектакли или концерты с одним либо с другим театром. Здесь очень многое связано со многими сценами. Но сегодня я впервые буду на сцене Дома Москвы, который отмечает 5-летие своего существования. Это для меня новая сцена и несколько новая ситуация. Обычно мы привозили то, что сделано и опробовано - это были спектакли, которые предъявляли городу. На этот раз мы, конечно, открыты городу, но, прежде всего, обращаемся к русским живущим здесь. И связано это, конечно, с юбилеем Пушкина, которому исполняется 210 лет, связано и с тем, что к этому юбилею, после десятилетних бесплодных усилий, был сделан диск с большим фильмом о Пушкине. Обязательно надо было издать такой диск, для тех, кто пожелает услышать Пушкинские слова. Думаю, найдутся те, кто этого хочет. Потому что «Евгений Онегин», полный текст, без купюр – это наша духовная ценность. Наконец, диск издан и стараниями Московского правительства и сотрудников из Голландии и, пожалуй, самой большой инициативы Татьяны Жданок из Латвии все совершилось. И цель приезда – дать концерт и встретиться со зрителем. А также подарить школам, где обучение идет на русском языке, эти диски. Часть из них была вручена вчера в Даугавпилсе, где состоялась первая встреча, а сегодня в Доме Москвы пройдет вторая.

-Известно выражение «Пушкин – наше все». А что для Вас Пушкин, как Вы его ощущаете?

-Думаю, это круто сказано: все прочтено. Пушкин кроме того, что написал «Онегина» и другие произведения, был одним из самых умных и проницательных русских людей. Если сейчас грешат толстыми книжками, в которые пытаются воткнуть все недописанное каким-то автором , не слишком удачное, пробное, думаю это, скорее, любовь к мусору, которую почему-то считают любовью к полноте. А вот у Пушкина это действительно так. У него значительна даже обрывочная мысль, написанная в прозе, крошечная статейка, которую он написал в виде спора по какому-нибудь поводу, его конспекты о том, как человек путешествовал на Камчатку. Он законспектировал 100 страниц, но это сделал Пушкин, поэтому конспект авторский так же, как пушкинский перевод с французского языка, намного выше оригинала. Все, чего касался Пушкин, превращалось в нечто совершенно новое и сверх содержательное. Поэтому вслед за Пушкиным не надо всех на свете в полном объеме издавать. Сегодня в Риге на концерте будет и необычайное событий – явление на сцене одного из потомков Пушкина, с которым мы, кстати, уже знакомы, встречались на перекрестках в других городах и странах.

Первое отделение я буду читать, и только Пушкина. Но со странностями. Это будет Пушкин и по-русски, и по-французски. Это будет пьеса Пушкина, и, конечно, отрывок из «Евгения Онегина», и будет пение, тоже, разумеется связанное с романсами на стихи Пушкина.

А второе отделение я хочу отдать современности и только современности с полным освобождения от поклона классике. Потому что концерт называется «Пушкин и другие». А другие – это пока еще мы все. И все, что писалось и делалось даже вопреки Пушкину, в борьбе с Пушкиным, дескать, надоело, уже много, не нужно, - оно все находится в ауре Пушкина, 200 лет находилось. Но сейчас сложно с этим. И с сегодняшним русским языком сложности. И сложности сегодня с той шкалой ценностей, которая, не смотря на революцию, на гигантские события смещения геологическая пластов под нами, она существовала, как основа нашего понимания юмора, лирики, ужаса. Это все было овеяно Пушкиным. Закончилось это великой фигурой Бродского, который откроет второе отделение.

-А как сегодня воспринимается Пушкин? Ведь Вы даете концерты в самых разных уголках России и мира.

-Я довольно редко даю сегодня концерты, и далеко не часто читаю Пушкина. Но никогда не занимаю Пушкиным весь вечер, потому что это некое насилие. Нужно обратить внимание на то, что он человек необыкновенно умный, в него надо вслушиваться. Над ним надо думать, а не воспринимать только рифму.

-На самом деле он был философ.

-Конечно.

-Вы упомянули имя великого поэта Иосифа Бродского. Скоро выйдет на экраны фильм «Полторы комнаты», где Сергей Юрский играет отца поэта.

-Это фильм о родителях Бродского. Это эссе Иосифа Бродского о своих родителях, написанное им после их смерти, с которыми он так и не повидался, не имея возможности из эмиграции посетить их, и не имея возможности вызвать их к себе. Они так и не повидались, не встретились в последний раз. Это чувство и вины, и одиночества, и удивления – как же так получилось? И это действительно проблемная вещь, потому что явление Иосифа Бродского - оно непостижимо. Его родители, которые его обожали, любили, совершенно не понимали, чем он занимается. Он был любимый, замечательный сын, который не тем занимается.

-Расскажите немного о фильме.

-Это лирическое произведение. Фильм имеет длинное название – «Полторы комнаты или сентиментальное путешествие на родину».Это воображаемое путешествие, потому что оно не состоялось реально в жизни. Фильм поставил знаменитый режиссер в области анимации – Андрей Хржановский. Мы с ним не раз работали вместе. В частности, Пушкиным он занимался много. И его фильмы «Осень», «Рисунки Пушкина» - большие мультипликационные фильмы, серьезные, красивые, волнующие, неожиданные. Но он впервые сделал фильм с актерами, это его первый опыт, и у него получилось. Иосиф Бродский там в разных возрастах, семь актеров играют поэта – в 4 года, 12 лет, 16 лет, 21 год и так далее. Чтобы вы поняли меру фантазии автора и режиссера, есть сцена, когда в коммунальной квартире встречаются, наконец, Иосиф и его родители, и они выясняют, кто как умер, и как это происходило. Это очень волнующая, слезная сцена, но никак не тяжелая. Не загробная, и не про вампиров.

-Звонок в студию: Как Вы попали на роль Остапа Бендера?

-(смеется) По блату. Я не знаю, как попадают на роли, наверное, по блату. Но если честно, было 14 проб с режиссером Швейцером.

-Не было конкурса со множеством претендентов?

-Думаю, он пробовал и других. Но наши взаимоотношения сложились раньше. Перед этим Швейцер снял не очень народный, как «Золотой теленок», но выдающийся фильм «Время вперед!» про повести Катаева, в котором я был занят

-А когда Вы снимали «Зотолого теленка» чувствовали, что фильм будет народным?

-Конечно, нет. Критика было кислая. А картина прожила 40 лет, и до сих пор интересна. Поскольку Швейцер снял меня во «Время вперед!» о строительстве Магнитогорска, то потом его занимала идея, что меня надо снять во всех трех фильмах о 30-х годах. Этот период он очень чувствовал. Фильмы были задуманы, как трагедия коллективизма - «Время вперед», драма индивидуализма и таланта(«Золотой теленок» – Остап Бендер), и трагедия творческой личности, это должен был быть фильм о Маяковском. Сценарий был осень интересный, но ему не суждено было осуществиться.

-Расскажите о еше одной очень интересной, но уже театральной работе – спектакле «Ужин товарища Сталина».

-Спектакль сделан в театре, который называется «Школа современной пьесы». Думаю, это именно тот театр, который должен был поставить этот спектакль. Пьеса написана старейшим драматургом Ионом Друце. Его обращение к Сталину было для меня большой неожиданностью. Потому что его предыдущая пьеса «Апостол Павел» отражает Друце совершенно другого, а тут Сталин. У нас было много споров, поисков, а потом возник некий консенсус. Мне кажется важным этот спектакль, и для меня, как человека и актера, и для зрителя..

Фото - peoples.ru и belta.by