Валерий Гергиев: изоляция русской культуры – это утопия (2)

фото

Культура | 2 февраля 2017 года, 22:14

Мариинский театр во главе с Валерием Гергиевым в первый раз выступил в Белграде. Отвечая на вопросы журналистов, маэстро назвал уничтожение Пальмиры страшной и трудно поправимой ошибкой, за которую заплатит все человечество, и пообещал защитить сербские монастыри в Косово. Собственный корреспондент радио Baltkom в Белграде Екатерина Балева побывала на пресс-конференции маэстро.

  • Для меня большая радость выступать в Белграде. Не мог предположить, что пройдет так много лет с моего первого выступления здесь (в 2009 году Гергиев приезжал в Белград с Лондонским симфоническим оркестром), но я очень хотел приехать именно с оркестром Мариинского театра. Белград – последний пункт нашего турне, и концерт этот был самым большим. Правда, и в Барселоне мы закончили уже в первом часу ночи. Я счастлив выступать с замечательными сербскими музыкантами – Романом Симовичем и Аникой Вавич. Мы знаем друг друга как музыканты, и по-человечески дружим, но в Сербии мы сыграли вместе в первый раз, и это что-то особенное. В прошлый раз в Белграде мы показали, как лондонский оркестр умеет играть русскую музыку, в этот раз русский оркестр представил европейскую музыку. Я надеюсь, что наш приезд в Белград получился радостным событием, и хочется, чтобы мы научились планировать нашу жизнь так, чтобы видеть наших друзей гораздо чаще – и в Москве, и в Петербурге, и здесь, в Сербии.

Для меня был приятный сюрприз: только приехав в гостиницу, я сразу же встретил Эмира Кустурицу. И у меня сразу поднялось настроение. Мне трудно представить, что я приехал куда-то выступать и никого не знал. Мне так очень трудно жить. Поэтому я так обрадовался, увидев Кустурицу. И мы всегда вас ждем в Санкт-Петербурге.

Мариинский театр очень сильно развивался в последние 15-20 лет. У нас больше 1000 концертов в год только в Петербурге, плюс еще 200-300 выступлений в регионах России и других странах. Это огромный артистический коллектив, одна большая семья. Нет, я не то, чтобы хочу, чтобы по всему миру постоянно выступал только Мариинский театр! Но получилось так, что у нас теперь уже три больших здания для выступлений – это старая Мариинка, историческая, грандиозный новый театр и новый же концертный зал, очень качественный по аккустике, который дает нам новый возможности.

Мы делаем много программ для детей, для школьников, для студентов, а также для пенсионеров и малоимущих людей. Так что наша программа очень разнообразна и динамичная. Наш министр культуры сказал мне месяца два назад, что каждый четвертый билет, который продается в российских театральных кассах – это билет в Мариинский театр.

Санкт-Петербург – огромный город, и нас действительно посещает много людей. Счет идет уже не на десятки тысяч, а на миллионы. Но и наш коллектив очень много работает для этого. Сегодня вы увидите в оркестре много молодых людей. Это оркестр с большим потенциалом. Хотя обычно, говоря про потенциал, подразумевают, что кто-то будет хорошим профессионалом. Так вот наш оркестр уже очень хороший и профессиональный.

- Вы часто выступаете с концертами поддержки, как в Беслане, в Пальмире. С каким посланием вы приехали в Сербию?

  • Сербы для нас братский народ. В России очень уважают и любят Сербию и сербов, это смелый и героический народ с очень славным прошлым, прошедший через очень трудные испытания совсем недавно, в конце прошлого тысячелетия. Я надеюсь, что отношения между нашими странами будут очень тесными и полезными для Европы, мира и народов наших стран. Но этот концерт не направлен против кого-то. Этот концерт на 1000% подарок людям, живущим в Сербии и ценящим искусство. Можно сказать, мы никогда не выступали здесь – это очень странно. И я хотел, чтобы сербы услышали один из ведущих российских оркестров, а также замечательных музыкантов, которые родились и выросли в Сербии.

- Какое музыкальное произведение, на ваш взгляд, отражает непростую судьбу сербского народа?

  • Знаете, мне кажется, что великие композиторы потому и великие, что они пишут музыку сейчас, а через 100 или 200 лет обнаруживается, что эта музыка более, чем актуальна. Что она выражает чувства людей, прошедших через испытания, страдания, горе. Во время страшной Второй мировой войны очень много слушали Баха, а это немецкий композитор. Его музыка воспринималась очень близко, она выражала страдания и лишения миллионов людей. И никто не воспринимал Баха как враждебного композитора, хотя в то время вся Европа, и СССР проходили через самые страшные испытания. Никто никогда не ограничивал территорию музыки. Это невозможно сделать.

- Известно, что у вас, как у Ростроповича, график выступлений заполнен на 5 лет вперед, но вы сделали исключение и приехали в Сербию. Недавно вы дали концерт в Пальмире, являющейся жемчужиной мирового культурного наследия, который вызвал большой резонанс в мире. Возможен ли подобный гуманитарный концерт в Косово, который бы имел огромное значение не только для поддержки сербского народа, но и сохранения тех православных святынь, древних монастрей, являющихся частью духовного культурного наследия Европы и мира?

  • Если бы я знал, что мое появление спасет от разрушения значительный и изумительный памятник культуры, я бы сделал все возможное, чтобы такой приезд организовать. Но ведь это не музыканты сегодня создают такую обстановку, при которой разрушаются святыни, в том числе христианские святыни. Это, в основном, политики. Мне кажется, что сегодня концерты музыкантов, даже самых знаменитых, это редчайший пример героизма, это риск, это крайний сценарий. Мы были в Пальмире в очень опасной обстановке, мы хотели, чтобы весь мир увидел, что осталось от этого величайшего памятника цивилизации. Концерт в Пальмире мы также посвятили памяти человека, который был хранителем этого святилища. Вместе с нами там был Михаил Пиотровский, директор Эрмитажа. Он не дирижирует, не поет и не играет на скрипке, но он очень хорошо знает историю культуры, в том числе культуру Ближнего Востока, в том числе мусульманскую культуру. И мы хотели перед лицом мировой общественности пообещать, что мы будем делать все возможное, чтобы помочь сирийскому народу восстановить эту святыню. Но вместо того, чтобы заниматься восстановлением этого уникального памятника – а там громадные разрушения – мы совсем недавно услышали о еще больших разрушениях. Это говорит о том, что политики не могут работать вместе. Нам с Романом Симовичем надо будет 10 секунд, чтобы договориться, и ни у кого не возникнет ощущения, что мы не умеем вместе работать. Даже 5 секунд! А политикам не хватает и 5-ти лет, и даже 8-ми лет не хватило...К сожалению, от их действий страдают не только живые люди, но и великие памятники культуры. Через 100 лет забудутся имена нынешних президентов и премьер-министров, но все будут знать, что Пальмиру уничтожили в таком-то году. Это не забудется. И это самые страшные и трудно поправимые ошибки. Цену этих ошибок платит все человечество и будущие поколения. Но я отвечу на вопрос: если политики ничего не смогут сделать для сохранения памятников сербской культуры - что ж, дело опять кончится концертами. Но лучше, чтобы таких концертов не было. Лучше, чтобы политики научились работать вместе.

- Вы - величайший дирижер мира. Какова ваша сегодняшняя миссия? И можете ли вы выделить ваш самый большой профессиональный успех?

  • Я считаю, что лучших дирижеров в мире очень много – это первое. И это мой главный успех, что я себя не считаю великим дирижером. Зато я себя считаю человеком, который может помогать молодым музыкантам. Очень давно я услышал несколько юных музыкантов, и не просто услышал, но сразу захотел с ними выступать. Им было тогда 10-11 лет, да и мне самому было тогда 28-29 лет. Прошел короткий промежуток времени, и я уже выступал с ними в десятках стран – это были Максим Венгеров, Евгений Кисин, Вадим Репин. И с тех пор я очень часто выступаю с людьми, которых пока никто не знает. Я все время стараюсь найти новые имена. Конечно, не все становятся впоследствии яркими солистами, но многие вырастают в блестящих певцов, звезд балета, знаменитых солистов. Я люблю этим заниматься. Много лет я возглавляю конкурс Чайковского, где мы тоже стараемся находить замечательных молодых музыкантов. Мне очень нравится услышать будущий крупный исполнительский талант и постараться создать для него возможности для развития. Конечно, вся моя жизнь посвящена Мариинскому театру, который я возглавляю 28 лет. Я отдал этому театру 28 лет своей жизни, но и мне это многое дало, может быть, даже больше.

- Известный виолончелист Сергей Ролдугин, который выступал с вами в Пальмире, заявил, что готов повторно выступить там. Готовы ли вы, когда Пальмиру освободят, вновь туда приехать?

  • Я хотел бы выступить в Пальмире, когда ее восстановят. Дело в том, что наши концерты не должны быть попыткой показать себя. Музыка звучит в особых случаях. И весь мир обращает на это внимание. Рострапович играл на виолончели у берлинсокой стены, когда она пала. И речь шла не о том, чтобы послушать Ростраповича, но Рострапович выражал эмоции, которые разделяли сотни миллионов людей. Сегодня, возможно, несколько миллиардов людей с ужасом думают о том, что от великого памятника мировой культуры, которым является Пальмира, остались руины. Знаете, мои друзья недавно нашли живописные полотна 19 века, которые изображают Пальмиру в полном великолепии. Сегодня от былого величия остались отдельные элементы. Понимаете, дело не в том, где выступит виолончелист или дирижер, а в том, к чему идет человечество. А человечество может придти к очень плачевным результатам. Этого нельзя допустить. И чтобы этого не допустить, музыканты берут в руки инструменты. Но они, я повторюсь, не могут заменить политиков.

- Вы возвращаетесь из европейского турне. Ощутили ли вы изоляцию русской культуры? И как вы относитесь к попыткам изолировать кого-либо в современном мире?

  • Ответственно заявляю: ни о какой изоляции русской культуры, русской музыки не может быть и речи. Это абсолютная утопия. Как можно изолировать Чайковского?! Те, кто так думает, не понимают, в каком мире они живут.
Комментарии 2
Крик8 месяцев назад
Запомните все - Косово, это неотъемлимая часть Сербии, не зависимо от фальшивого статуса, который ему на горбу у сербов присвоили западные шавки.
Дедюхин8 месяцев назад
Фамилия гениального виолончелиста М.Ростроповича пишется через "О". Ошибаться в ней - равнозначно написанию фамили поэта ПЮшкин, ПОстернак, Охматова и т.д.
1