Физик Кафанов на Baltkom: мы пытаемся понять, как устроена Вселенная

фото

Эксклюзив | 31 августа 2016 года, 15:22

Физик Сергей Кафанов вместе с коллегами по работе в Ланкастерском университете (Великобритания) смогли инициировать "большой взрыв”" в лабораторных условиях. Этот эксперимент, считают ученые, поможет еще ближе приблизиться к разгадке того, как устроена вселенная. Об этом он рассказал в эксклюзивном интервью радиостанции Baltkom.

Baltkom: В Вашей лаборатории Вы добились типологического подобия создания вселенной. Скажите, как Вам это удалось, и какие условия необходимы для успешного проведения этого эксперимента?

Кафанов: В 1980-х годах Григорий Воловик (исследователь института Ландау в Москве) показал топологическое подобие некой структуры в жидком гелии 3 и Вселенной на момент Большого взрыва – начальное зарождение Вселенной. Исследователи из Хельсинского технологического института и исследователи из нашей лаборатории института Ланкастера занимались этим вопросом. Гелий 3- это некая квантовая жидкость, которая имеет две типологически разные фазы: А и B. Для большинства людей это можно представить как две несмешивающиеся жидкости: например, масло и вода. На границе этих жидкостей находится брана: ее можно колебать и вызывать разные топологические особенности на этой границе. И показано, что эти топологические особенности являются прямой репликой начальных возбуждений во Вселенной. Я думаю, что могу отправить прекрасные книги Григория Воловика, и там будет вся информация по этому вопросу. Это связано с низкой температурой потому, что мы можем контролировать любое элементарное возбуждение на этой границе. Если мы увеличим температуру, то возбуждения становится настолько много, что мы не можем сказать, что происходит в системе.

Baltkom: Расскажите поподробнее о роли низкой температуры в этом эксперименте.

Кафанов: Сразу подчеркну, что температура не является мерой кинетической энергии молекул, это неправильное, несколько примитивное и школьное определение. Температура связана скорее с беспорядком движения. Она связана с некой величиной под названием энтропия. Низкая температура позволяет нам иметь счетное количество возбуждений на поверхности этой браны. Мы можем наблюдать эволюцию этих возбуждений не только во времени, но и в энергетическом пространстве.

Baltkom: Планируете ли Вы какие-то новые проекты, эксперименты и открытия, которые так же будут иметь огромное значение для мировой науки?

Кафанов: Один из проектов, которыми мы сейчас занимаемся- это охлаждение макроскопических объектов до квантового базисного состояния. Сейчас мы пытаемся охладить механические объекты, то есть сделать квантовую механику на механических объектах. Сейчас объясню, как это может быть связано с реальной жизнью… Это некое новое поколение сверхчувствительных сенсоров. Если есть интерес, посмотрите в Интернете: буквально в этом году пару месяцев назад были открыты гравитационные волны. Две звезды сливались в одну, быстро остудили друг друга и посылали некий пакет гравитационных волн в пространство. Этот эксперимент был первой демонстрацией гравитационных волн- большое научное событие. На сенсорах он чрезвычайно большой: несколько километров лазерного интерферометра. С помощью микроскопических объектов нано- механики, мы можем сделать эти сенсоры доступными и для установки на космических станциях. В принципе, это будет некое новое открытие, возможность для гравитационной астрономии, но пока требуется экспериментальное подтверждение. Астрономия - одна из тех наук, которые сейчас активно развиваются и много удивительных открытий нам еще предстоит.

Комментарии