В театре тоже есть войны, мордобои и тяжелая артиллерия

В мире | 11 августа 2008 года, 15:23

Как грузин по национальности, я не могу не переживать за то, что происходит сейчас на Родине. Я никогда не был гражданином Грузии (сначала был гражданином СССР, потом России). Я русский артист и всю жизнь им являюсь.

Я вообще согласен с Львом Толстым, который был пацифистом, считал, что война — это чудовищно. Но имел больше прав на это мнение, он сам воевал. Я видел только агрессию и ужасы абхазской войны, потому что я был маленьким мальчиком и отдыхал с мамой в Пицунде, когда началась первая абхазская война. Мы отдыхали в привилегированном месте, в Доме кинематографистов, он моментально был оцеплен российскими войсками. Там как раз отдыхал весь цвет российского кино — Гурченко, Рязанов и другие — и нас очень аккуратно вывозили. И поскольку мы с мамой были грузины, нам не было весело.

Больше, слава Богу, я с войной никак не соприкасался. И сейчас не могу встать на чью-то сторону, смотрю все выпуски новостей — и русские, и западные. И не могу до конца понять, что же там происходит.

Конечно, все ужасно. Ужасно, потому то я знаю массу семей, где, например, мать — осетинка, отец — грузин, или наоборот. Я знаю массу людей, которые наполовину — абхазы, наполовину — грузины. Как им разорваться?

Меня часто спрашивают — кем вы себя ощущаете? Да я советский ребенок! У меня мама — грузинка, отчим — армянин, воспитала меня няня — украинка. А учился я в России у русских педагогов. Мой первый язык, на котором я заговорил — украинский, но я при этом не могу сказать, что я украинец.

Когда год назад критик в одной газете вдруг стал писать обо мне, как о грузинском танцовщике, мне было неприятно. Но сначала я отнесся к ситуации с юмором. Когда это проскользнуло во второй, в третий раз — это резануло, потому что я никогда — а я вырос в Москве — не слышал никаких националистических выпадов. И мне будет очень обидно, если эта тенденция разовьется по отношению к грузинам, которые никакого отношения не имеют к политике, к этому конфликту.

Ну нет во мне другой крови, кроме грузинской — ну разве, что на четверть я француз. И никаким образом я не могут назваться русским по происхождению. Но я россиянин. И мне больше всего жаль тех людей, которые невольно попадут «под раздачу» в этой ситуации. Слава Богу, я человек, прикрытый популярностью и регалиями в России, у меня есть заслуги, которые оценены государством и никто с этим не поспорит. Но есть же очень много людей, не отмеченных никакими наградами, живущие на территории России — но они абсолютно ни при чем.

К сожалению, отстраниться от этого не получается. Сейчас где-то рвутся бомбы, где-то умирают люди, льются слезы. И, с одной стороны, можно стать в эту позу и заявить, что в знак траура мы не будем выходить на сцену. С другой стороны — нам придется все время жить в трауре, потому то там неспокойно очень давно.

И вот еще что. Театр — это маленькая модель государства. Когда делят партии, спектакли — это та же война. И дело в том, что очень редко могут договориться спокойно. Тоже бывают и интриги, и даже мордобои. Своя артиллерия идет в ход. Наверное, это свойство человеческой натуры — повоевать.

Комментарии