От динозавра запахло хорошим парфюмом (1)

В мире | 18 мая 2009 года, 14:00

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Здравствуйте. Это программа «Особое мнение». Меня зовут Татьяна Фельгенгауэр. В гостях у меня сегодня писатель Виктор Шендерович. Здравствуйте, Виктор.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Добрый вечер.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Свои вопросы вы можете присылать по +7-985-970-45-45. А сейчас по новостям дня. Очень важная дата сегодня. Один год президентства Дмитрия Анатольевича Медведева. Давайте поздравим президента с этой значимой для него датой.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Ну, поздравили.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Плюсы и минусы этого года какие бы Вы отметили?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Ой, ну… У этого динозавра… - Российской Федерации - у этого, такого вот, динозавра появился вдруг какой-то венок из ромашек на голове; какие-то приметы... Вдруг какая-то часть динозавра запахла хорошим парфюмом... Эстетические изменения - очевидные, локальные эстетические изменения. Дал интервью (это мы вспоминаем, что греет сердце либерала), встретился с Муратовым, с правозащитниками встретился, сказал, что свобода лучше, чем несвобода. Мы загибаем пальцы. Пальцы быстро кончились. Всё это носит риторический характер. Всё это замечательно, хорошо, но носит совершенно риторический характер… В то же время есть опорные точки, по которым мы понимаем, где находимся.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: И где же мы находимся?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Мы находимся - там же. Не будем называть это место. Мы находимся там же. Ходорковский сидит и, видимо, будет сидеть. Идёт второе дело. И те люди, которые его фабриковали, - на своих местах. На своих местах всё силовое ведомство, включая милицейское начальство, прокурорское начальство... Те, кто стучали по головам людям, тот же министр юстиции, разгонявший Благовещенск. Кадрово - всё осталось так же. Мы не видим никаких… Может, какие-то зоркие и тонкие люди наблюдают какие-то перемены, но мне кажется, что это больше наши желания или галлюцинации. Пока что - всё то же самое. Другое дело, что (со стороны оптимистической глядя) можно сказать, что не целый год прошёл, а только год прошёл, - а он уже подал два раза голос, как независимый политик! Он уже два раза поступил так, что мы начали чесать в голове и начали думать, а вдруг он действительно президент!

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Смело предполагаем.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Между тем, было несколько точек, дат… Осетинская война, когда он мог наутро обнаружиться в качестве президента! Не плавать по Волге три дня, и через три дня как-то выступить осторожненько… - а оказаться президентом и принять какие-то политические решения. Дело Ходорковского… кадровые решения… Довольно много принципиальных точек! Политика – это поступок. Этот поступок становится знаком, в свою очередь. Таких поступков за год - не было. Будем ли ждать? Будем ждать, конечно... Но я думаю, что - не только ждать. Надо каким-то образом поощрять. Демократическим образом поощрять президента, напоминать ему, что он подведомственный, он нам подчиняется, он существует для того, чтобы нам было удобнее, лучше, безопаснее, достойнее жить. Ему надо напоминать...

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Коллеги журналисты не поленились и посчитали, что за последнее время, говоря о российском президенте, чаще всего употребляли слово «сигналы». Чаще всего «позитивные сигналы». Мы можем верить ,что ситуация как-то меняется к лучшему, и скоро мы будем говорить не «тандем Путин – Медведев», а тандем «Медведев – Путин».

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Эти сигналы больше относятся к тем локаторам, которые их ловят. Это надо разбираться с этими локаторами - какие тонкие локаторы слышат эти сигналы! Я бы не стал так тонко подходить к вопросу. Есть президент РФ; с некоторых пор (уже год) за всё, что происходит в РФ, за это отвечает он. В Конституции ничего не сказано о лидере нации, о главе партии «Единая Россия»… В Конституции есть президент РФ, он отвечает за то, что происходит. Вот, та мерзость, которая происходит год в РФ - за неё отвечает Дмитрий Анатольевич Медведев. Так получилось. Он, может, сам не хотел. Но его выбрали, его назначили! Его выбрали те, кто… Только кто его выбирал? Не мы же с Вами выбирали, Татьяна?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Народ.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Какой народ? Что Вы, не смешите! Корпорация ткнула пальцев в него. Ткнула бы пальцем в Зубкова – был бы сейчас Зубков. Мы здесь с Вами не при чём. Но по факту он отвечает за то, что происходит в России!

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Один из наших слушателей просит прокомментировать Вас недавний поступок нашего президента. Спрашивает, как Вы думаете, как можно прокомментировать то, что сегодня Медведев выразил соболезнования родственникам генерала Варенникова, но ни слова родственникам тех, кого убил майор Евсюков?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да, тут, как говорится: о мёртвых либо ничего, либо хорошо. Но - есть частная скорбь родственников покойного (это приватный вопрос), а есть государственная оценка его деятельности… Это уже касается живых! Это и соболезнование Медведева - государственная оценка, и сюжет в «Вестях», где путч был назван, я тут выписал «выступлением руководства страны против личной политики Горбачёва, направленной на разрушение нашей страны». Это позиция сюжета «Вести»; это позиция Варенникова, и ничего ей не было противопоставлено в сюжете «Вестей» - заподлицо, что называется. Как ничего не противопоставлено его позиции по афганской теме. Я хочу заметить, что генерал Варенников прожил долгую, многообразную жизнь, в отличие от трёх молодых людей, которые погибли во время путча, которым, в частности, он руководил. Их звали Илья Кричевский, Дмитрий Комарь и Владимир Усов. Они погибли совсем молодыми, как молодыми, не молодыми или совсем детьми, погибли сотни тысяч афганцев на той войне, которой он, в частности, руководил - той интервенцией. Ещё раз говорю – есть частная скорбь родных покойного, есть государственная оценка... Когда государственный канал дает такую оценку, то у меня вопрос: в какой стране я живу? В той, которую разрушил Горбачёв? Мы живём - где? Мы скорбим о Советском Союзе, который разрушил «предатель» Горбачёв? Я пытаюсь понять, немножко сориентироваться в пространстве… И в случае с генералом Варенниковым и каналом ВГТРК – подчёркиваю, тут вопрос не к генералу, он был человеком ясной позиции, за это его можно было уважать. У него была одна позиция, он её не менял. А вот руководство ВГТРК, которое оказалось солидарной с этой позицией - и от имени российского государства… Вопросы есть.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте вернёмся к президенту. На днях он заявил о том, что прямая господдержка фондового рынка была ошибочной, и она оказалась неэффективной и, по сути, провалилась. Это ли не позитивный сигнал? Президент признаёт ошибку.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да, президент указывает на ошибки правительства. Замечательный сигнал: есть перетягивание каната там, внутри... Я не политолог и не готов комментировать, до какой степени это серьёзно. Это всё к ловцам сигналов. Это какой-то очередной «сигнал». Поступок в случае с президентом – это кадровое решение. Если принято ошибочное решение, то - кто их принял? Почём стоимость этих решений? Тут один внимательный человек из наших корреспондентов написал, что 175 млрд. рублей – это половина того, что инкриминируют Ходорковскому. Если налицо, мягко говоря, неправильное решение о поддержке (а если попроще говорить, там была раздача казённых средств классово близким людям), то - сколько это стоило нам? И что дальше? Это я могу, или Вы, какие-то эксперты могут оценивать: правильно или неправильно? Если президент говорит, что это неправильно, и может быть, там есть какая-то коррупционная составляющая… ну, мы ждём – дальше-то что?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Дима как раз спрашивает: «Кто понесёт ответственность?»

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это вопрос не ко мне, и не к Вам. Есть президент РФ, у него есть большие кадровые возможности. Кто понесёт ответственность? Но пока что все на своих местах, и судя по поведению представителей силовых органов… Как-то они не нервничают! Продолжается процесс Ходорковского. Замечательный, уже засветившийся прокурор Гюльчахра Ибрагимова (я цитирую по «Новой газете») сказала Лебедеву - в суде, не приватно: «Неужели Вы ещё не понимаете - что мы запланировали, то и сделаем». Это говорит представитель прокуратуры!

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Прямо, открыто, честно, каким и должен быть представитель прокуратуры.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Совершенно верно. Если бы мы жили не в Зимбабве, а в Европе, то в связи с таким заявлением последовала бы отставка руководства прокуратуры и отвод суда. Ну, представьте себе, что в Англии прокурор говорит - на суде, при судье! - подсудимому: «Что вы тут кривляетесь? Мы как захотим, так и сделаем. Неужели вы ещё не поняли?» Что следует дальше в Англии? Очень полезно смотреть со стороны, экстраполировать. Если здесь прокурор, полковник, может такое публично заявить, и после публикации этого в газете ничего не происходит - значит, продолжайте ловить сигналы, расставляйте шире локаторы… Это означает, что всё по-прежнему! С моей точки зрения. Я не так сложно устроен, как те, кто ловит эти тонкие сигналы.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Я напомню ,что в программе «Особое мнение» сегодня выступает Виктор Шендерович. Свои вопросы вы можете присылать ему по телефону +7-985-970-45-45. Вы как сегодня по городу передвигались, нормально или на танке пришлось?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я на метро передвигался по городу. Я и обычно так передвигаюсь, а тут ещё был предупреждён женой, которая выехала на машине, а потом вернулась, поставила машину и поехала… на танке. Мы уж об этом говорили…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вопрос от Елены: «Как Вы полагаете, неужели нам обязательно нужно ежегодно бряцать оружием и танками, устраивая парад в честь Победы и его дубли-репетиции, перекрывая центр Москвы, и тратя, кстати говоря, наши с вами деньги, деньги налогоплательщиков, чтобы кому-то напомнить о Великой Отечественной войне. Имеет ли это действо вообще отношение к войне?»

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Имеет отношение к очень многому. Имеет отношение к нашему менталитету; к сожалению, массовому менталитету. Там, где понты важнее внимания к людям; там, где человек - с краю, последний в перечислении приоритетов… Человек – крайний! Государство, держава! Поэтому можно всех ставить на уши на неделю и ездить танками по столице, перекрывая движение. Я уж не говорю о деньгах, которые на это потрачены. Здесь очень важно, что… Я два дня назад «попал», не мог выехать из центра города, куда заехал на машине вместе с женой. И обратно, домой мы проехать просто не могли: репетиция парада, всё перекрыто. Мент, которому я, высовываясь из окошка, говорю: «Скажите, как можно проехать, объясните?» Он мне говорит: «Телевизор смотреть надо!». Говорит мне – мент! И машет палкой. Мы остановились на секунду узнать, он машет палкой – проезжать! Ему бы объяснить, что он на мои деньги машет палкой, но после случая с Евсюковым я боюсь, что он сразу начнёт стрелять.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Евсюков Вас так напугал, что Вы каждого милиционера подозреваете в эмоциональном срыве и открытию стрельбы по мирным жителям?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Шутки шутками, но его хамство шуткой не было! Его представление, что он главный, а не я - оно характерно, согласитесь.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Он облечён властью, а Вы нет.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Какой властью он облечён?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: У него палка полосатая.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: На мои деньги купленная! И погоны на мои деньги пришитые, и накормили его на мои и на Ваши деньги, на налоги! Он должен был встать, представиться, откозырять мне и вежливо объяснить, как я могу проехать из той задницы, куда они меня загнали на полтора часа… Я не могу из центра выехать к себе домой, да?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вы что, действительно, думаете, что там могло бы быть?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Так обязано быть, Таня! И пока мы не начнём ежедневно им напоминать, их начальству, а если начнём напоминать – то так будет. Следующий уже милиционер, к которому я обратился и напомнил ему, кто на кого работает - ничего, выпрямился, и что-то как-то объяснил мне. Довольно вежливо. Это зависит от нас. Это действительно зависит от нас! А что касается приоритетов, то нам пыль в глаза пустить - самим себе - гораздо важнее, чем просто позаботиться о людях. Это - нормально. Это наша норма…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ещё один вопрос в преддверии 9 мая. Виктор, пенсионер из Москвы: «Как Вы лично относитесь к проходящей в России акции «Георгиевская лента» и принимаете ли Вы в ней участие?»

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Ну вот как… Вот - жена моя к машине привязала Георгиевскую ленточку. Я бы не привязал, даже если бы была машина. Когда это личный выбор человека, то я к этому отношусь с пониманием и даже с симпатией. А когда руководство московского метрополитена, как сообщали СМИ, велело в праздничные дни всем работникам метрополитена выйти в Георгиевских ленточках, - меня тошнит от этого! Потому что это пример показухи и пафоса. Это вопрос личный. Если ты чувствуешь потребность… Даже не надо спорить, вправе мы надевать ленточки или не вправе. Это вопрос личного отношения. Но не надо строить всех в шеренги. Не надо раздавать эти ленточки. Это неправильно, с моей точки зрения. Это не рекламный флайер. Не надо раздавать эти Георгиевские ленточки. Это можно даже продавать - за пять копеек, неважно! Человек, который захочет это сделать – он сделает. Важно, чтобы это не превращалось в очередной раз в показуху. Для меня запах этой показухи слышен довольно давно - мне не органично это…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А Вы не думаете, что в первый год, когда эта акция только начиналась, набирала обороты, она была более искренней, чем сейчас.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Разумеется. Знаете, как Ахматова сказала, что первый человек, который сравнил женщину с розой, был поэт, а второй – пошляк. Это к Георгиевской ленточке имеет прямое отношение. Человек, которому пришло это в голову - это был поэтический жест, как бы к нему не относиться. Личный жест человека! Ну, группы людей... А когда это становится акцией и приказом по метрополитену, то это не имеет отношения… Я с пониманием отношусь к каждому отдельному человеку, который это делает.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вы будете смотреть парад Победы 9 мая?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, нет, нет, конечно.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Почему?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это не имеет никакого отношения к этому дню, для меня. Сегодняшняя торжествующая военщина - никакого отношения не имеет к памяти моего деда, погибшего на этой войне, и его товарищей, этих стариков… Не имеет! Для меня... для меня это отдельно существует. Поэтому ничего, кроме раздражения, не вызывает.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Хорошо. Какие чувства у Вас вызывают заявления главы государства, который обещал сегодня ветеранам Великой Отечественной войны к 65-ой годовщине Победы будут жить в отдельных квартирах?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Даже давайте я не буду шутить про это, слишком всё очевидно.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Скажите серьёзно.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Если серьёзно, то… не получается серьёзно. Человек, который такое говорит - он должен слышать ужас, смертный в буквальном смысле ужас… как к сотой годовщине! Лучше к сотой пообещать, что будет у каждого отдельная квартира! Человек, который это говорит - он должен слышать, как это звучит? Мы, с этими миллиардами на военщину, на парады, на пафос и на генеральские дачи, мы обещаем тем, кто воевал, проливал кровь, что мы к 65-ой годовщине Победы обеспечим их жильём… Не получается это комментировать. Срываешься либо в черноватую иронию, либо в пафос. Ни то, ни другое - не хочется…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте сменим тему. Давайте к делам юридическим. Адвокат Борис Кузнецов сегодня был объявлен в международный розыск. Судя по всему, следствие таким образом рассчитывает уже депортации Кузнецова из США. Там у Кузнецова политическое убежище. Что никак не отцепятся от адвоката Кузнецова?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да нет, дело адвоката Кузнецова – это симптоматика. Кого ищут у нас - и кого ищем мы? У нас ищут двух убийц, депутатов Госдумы РФ. Мы их не отдаём; поскольку мы отказываемся их судить сами, то мы косвенно признаём, что, видимо, они убийцы. Мы их - просто не отдаём, говорим: «наши! не отдадим!» А обвинение-то – уголовное... А сами мы охотимся за адвокатом, чья вина заключается в том, что он рассекретил - что? Давайте вспомним. «Государственная тайна»! «Государственная тайна», - как будто он чертежи новейшей подлодки выдал! Рассекретил адвокат Кузнецов то, что телефонные переговоры сенатора Чахмахчяна, его подзащитного… - эти телефонные переговоры начали прослушиваться до того, как органы получили санкцию суда! То есть, он рассекретил чудовищное нарушение закона со стороны руководства органов нашей безопасности. Мы требуем у Америки выдачи этого чудовищного человека! Который рассекретил этот страшный секрет: что наши органы плюют на законы и Конституцию! Он это доказал - он добыл документ, он его рассекретил... Там же забавно что? Что уже адвокаты Кузнецова предлагают привлечь следователя, который ведёт его дело, - потому что, передав документы в суд, он точно так же рассекретил все то же самое... И уже какие-то девочки-практикантки в суде это прочитали! Это невозможно обсуждать всерьёз. Речь идёт о том, что наше государство… Вот - знаковое дело! Этот треугольник – Луговой – Делимханов – Кузнецов… Два угла, два депутата Госдумы, обвинённых в убийстве, которых мы не выдаём, не судим сами и не расследуем - это нормально! И адвокат Кузнецов, рассекретивший страшную государственную тайну о том, что ФСБ плюёт на Конституцию. Вот из этого треугольника мы можем подводить некоторые итоги первого года Медведева. В том числе и по этому. Потому что, - если у нас президент, который считает, что свобода лучше, чем несвобода, и закон превыше всего, то тогда вся эта братия – прокурорская, ФСБэшная… - должна уже быть как минимум уволена за этот год. И какие-то другие люди, которые иначе относятся к закону, которые не пытают подследственных, выбивая из них показания на Ходорковского, как у этого испанца… То есть, всё известно! Уж у президента эта информация должна лежать! Не предпринимают никаких действий.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Может быть, ему понадобится ещё год на то, чтобы с этой информацией ознакомиться.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: А может - десять, не знаю.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Нет, у нас теперь полномочия президента увеличены, но не настолько.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Почему? До двенадцати.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это при том, что у него будет второй срок.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да. «Съесть-то он съест, да кто ж ему даст». Ну, давайте посмотрим…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Посмотрим. Давайте прервёмся буквально на несколько минут. Особое мнение Виктора Шендеровича вы услышите совсем скоро. Никуда не уходите.

НОВОСТИ

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Мы продолжаем программу «Особое мнение». Меня зовут Татьяна Фельгенгауэр, в гостях у меня Виктор Шендерович. Очень остро и болезненно отреагировали некоторые слушатели на Ваш комментарий первого года президентства Дмитрия Медведева. Александр из Екатеринбурга спрашивает: «А на каком основании Вы судите Медведева?»

В. ШЕНДЕРОВИЧ: На том основании, что он моя наёмная рабочая сила. Он на мои деньги существует, ездит на машине с мигалкой, питается и носит костюм. Всё на мои деньги. И я, так же, как Александр из Екатеринбурга, имею право в любую секунду с него спросить, высказать своё мнение по поводу того, как он исполняет эту работу. У меня есть вопросы. Так же, как у меня большие вопросы к прежнему президенту, который восемь лет на мои деньги… - так же, как и сейчас продолжает ездить на своей машине с мигалкой. Только что новая порция дел в Страсбургском суде принята к рассмотрению. Краткое резюме этих дел занимает 60 страниц. Я заглянул в эти 60 страниц. Это короткое описание…. Волосы дыбом встают, оставшиеся. Я вдруг вспомнил, как семь лет назад в Брюсселе наш тогдашний президент говорил: «Вы говорите о нарушении прав человека? Чьих прав? Конкретные имена, явки, фамилии!» И ладошкой эдак пристукнул. Идя навстречу пожеланиям этого трудящегося, Страсбургский суд и общество «Мемориал»… Общество «Мемориал» выпустило три тома хроники насилия в Чечне - с именами, явками и фамилиями. И Страсбургский суд этим занимается, что называется, не вставая. И Россия дала дел по исчезновениям и убийствам в Страсбургский суд больше, чем все остальные страны, вместе взятые, за время своего существования. Этот суд очень странный: он не позволяет наказать убийц, но он позволяет назвать имена. От трех тысяч… Точно больше трех тысяч; говорят, что больше пяти тысяч исчезло в Чечне за эти годы, но три тысячи – минимум! И у них есть имена, «явки» и фамилии. И эти имена упомянуты и в трудах «Мемориала» - с датами, с явками, всё, как полагается, как просил Владимир Владимирович... И - в приговорах Страсбургского суда. С моей точки зрения, поскольку всё это уже опубликовано, что должен сделать офицер и человек чести, каким я в шутку назову господина Путина? Одно из двух, с моей простой точки зрения. Он должен либо столь же документально, как в этих приговорах и в этих томах «Мемориала», - столь же документально это опровергнуть, либо поехать в Брюссель и точно так же, под телекамеры, извиниться перед правозащитниками, перед чеченцами... Он же доверчивый у нас, как известно! - это его самый главный недостаток. Он доверял убийцам и негодяям, которые дают интервью… спецназовцы дают интервью журналу «Таймс», газете «Таймс» и рассказывают, как они распыляли трупы, взрывая снаряд на груди у запытанного чеченца. Он доверял этим людям. Он сначала должен извиниться публично. С моей точки зрения как налогоплательщика. Я уж не говорю о родственниках убитых, которым одного этого извинения будет мало. Но, как минимум: приехать в Брюссель и извиниться!

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте обратимся к вопросам наших слушателей на сайт. Перед тем, как Вы пришли, больше ста вопросов было прислано. И очень многие из них касаются ситуации в Грузии. Вот пара из них. Ирина Ткачёва: «Как Вы считаете, почему у нашего правительства такая реакция на учения НАТО в Грузии?»

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Представитель НАТО замечательно сказал на нашем радио. «Мы находим позицию России по этому вопросу трудной для нашего понимания». Ну, чистый иностранец! Позиция трудна для понимания в рамках здравого смысла. Действительно: учения были объявлены год назад, Россия была приглашена в наблюдатели. Хочешь – наблюдай, не хочешь – не наблюдай, откуда эта истерика? С точки зрения здравого смысла, действительно, позиция трудновата для понимания.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Российская сторона говорит, что в свете последних событий и августовской войны, наверное, нужно было бы НАТО пересмотреть свои планы.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Уточним, что такое «последние события»? Мы отхапали от соседнего государства два куска его территории. Да?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Мы ничего не отхапали. По версии РФ два независимых государства…

В. ШЕНДЕРОВИЧ: «По версии» - это на здоровье! Мы отхапали в процессе этой войны два куска соседнего государства. Является ли это основанием для соседнего государства перестать проводить военные учения? Мне кажется, что это является, наоборот, дополнительным основанием проводить военные учения! Раз по соседству с ними такое государство, которое при случае отхапывает куски. Логика в этом есть. Учения были назначены за год до этого, Россия может присутствовать, наблюдать, учения абсолютно открытые… Кстати, НАТО там участвует - ровно те, кто уже находится в регионе. Но позицию российского государства легко понять не с точки зрения здравого смысла, а с точки зрения некоторой психологии. Россия давно ведёт себя, как восьмиклассник-второгодник… Пубертатный период тяжёлый, мышц накопил, мозгов ещё нет, девушки не любят.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Родители не понимают. В школе двойки.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Гормоны играют, хочется самоутвердиться, хочется поймать какую-нибудь мелочь и насовать ей в углу покрепче для самоутверждения. Вот такое поведение оскорблённого человека, закомплексованного человека, классический случай – мышцы есть, мозгов нет. Мы всё время обижаемся и скандалим. Нас не любят, нас не уважают! «Ты кто такой?» Мы помним, как выглядит человек, который спрашивал: «Ты кто такой?» С точки зрения психологической - мы давно себя так ведём. Везде. И выглядим… довольно своеобразно. Повторяю: если это пытаться понимать с точки зрения здравого смысла, то нет объяснения. Почему они не должны проводить учения? А мы проводим учения - представляешь, сейчас Япония начнёт заявлять протесты, что мы проводим учения на своей территории... Странно! Тем более, что Япония от нас ничего не отъедала, а мы от Грузии - отъедали. Вот такое неадекватное поведение, но очень психологически объяснимое.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А что касается ситуации внутри Грузии, вот Анна-Мария, врач из Тбилиси, просит прокомментировать Вас последние события в Грузии. Кому Вы больше доверяете, президенту или оппозиции?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Ой… Президенту доверяю не слишком. Но я согласен в этом пункте с коллегой Радзиховским, который говорил как-то недавно на волнах «Эхо Москвы» о том, что - очень нехороший рефлекс уже у Грузии образуется. Президенты не досиживают, какие бы они ни были, свои сроки. Их свергает оппозиция. Те, кто в оппозиции, становится властью; их тоже свергают... Это плохой признак для страны. Страна в некотором нездоровье находится. Ничего хорошего про Саакашвили я сказать не могу.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Я и не жду, что Вы его сейчас будете хвалить.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Но какое-то… Третий или четвёртый… откуда считать… президент, которого свергают, - третий, да? Это довольно неприятная симптоматика, мне кажется. Мне кажется, надо… ну, не мне советовать. Я хочу заметить: вопрос-то из Тбилиси! А когда такие ядовитые вопросы идут от нас, - вот это совсем другое дело! В Тбилиси есть, кому сделать замечание Саакашвили. В Тбилиси есть, кому ограничить власть. У нас - некому. Давайте заниматься своими делами! Грузия сама с собой будет разбираться, мы можем только, как врачи, не навредить.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Несколько минут у нас остаётся до конца передачи. Тут есть вопросы на самые разные темы. Например, Алекс делает замечание, что ФБР тоже плюёт на законы, это в ответ на новость о том, что в списках ФБР…

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да! «Плюёт ФБР»! Заметьте, что по пыткам в Гуантанамо ушёл в отставку министр обороны - и осуждены люди. Несколько приговоров в самой Америке. Им для этого не нужно Страсбурга или какого-то мирового сообщества. А у нас три тысячи минимум исчезнувших и распылённых артиллерийскими снарядами - и только одно дело доведено до приговора. Тот самый… позывной «Кадет»… Лапин. И то: кто довёл до приговора? Две фамилии людей, которые довели до приговора: Политковская и Маркелов. Это люди, которые довели дело. Единственный убийца, который сидит у нас – на этом настояли два человека, которые были впоследствии убиты, журналист и адвокат. А три тысячи распылённых – только в Страсбурге. А ФБР - у американского общества свои гнойники, но оно справляется само пока что. Им для этого Страсбург не надо.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: И сразу несколько вопросов одинаковых. Как Вы относитесь к раскрашенной версии «Штирлица»?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я посмотрел. Я к Штирлицу отношусь с симпатией. С моей точки зрения, это было лишним. Есть уже канонический текст. Это как кто-то опубликовал новый вариант «Войны и мира». Есть канонический текст, - он так прекрасен в чёрно-белом варианте! Мне это кажется лубком. Я несколько раз просматривал выборочно любимые места: лубок. Я не могу отделаться от ощущения: что-то не так. Не знаю, может быть, я пристрастен, но мне не нужно было этого. У меня ухудшилось восприятие.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Спасибо Вам большое. В программе «Особое мнение» сегодня выступал Виктор Шендерович. Большое спасибо, Виктор. Всего доброго.

Комментарии 1
Изя8 лет назад
Нехило гранты Сороса отрабатывает! Небось и премии получяет. Ога! А по запаху - высеры гнойные. Бог не фраер, накажет! Ога!