Он слишком много знал (9)

Политика | 10 апреля 2015 года, 19:53

Король умер. Да здравствует король.

В пятницу вечером мы традиционно получили важную новость – ну куда ж конец недели и без громких заявлений. Новость, тем не менее, в этот раз была ожидаемой, все журналисты уже давно из своих "личных кулуаров" знали о том, какое решение примет президент Андрис Берзиньш.

Ну а поскольку все были информированы заранее, а у многих в админках сайтов - уверена! - даже стояла заранее заготовленная "рыба" о том, что президент на второй срок не пойдет, то сама новость ни эффекта разорвавшейся гранаты не вызвала, ни привлечь внимание журналистов надолго не смогла . Так толпа, пробежав по телу своего бывшего лидера (не будем говорить сейчас о качествах, формально – лидера), несется вперед, жадно шаря глазами в поисках нового вожака.

Мне сегодня еще не хочется говорить о том, кто на новенького, хочу сначала написать об уходящем главе государства. Я много раз разговаривала с ним, и у меня сложилось свое личное мнение.

У нас был очень интересный президент. И если простить ему полное отсутствие навыков ораторского искусства, то в целом лично мне ему есть за что сказать «спасибо». Я сейчас не хочу пускаться в хитросплетения политики, возможной зависимости от того, кто выдвинул его на этот пост, а также неоднозначном прошлом. Я хочу посмотреть с точки зрения обычного жителя Латвии.

Во-первых, Берзиньш говорил с нами на русском языке. Возможно, некоторому количеству людей, которые говорят в основном по-русски, это безразлично. Но я уверена, что абсолютное большинство русскоговорящих латвийцев, независимо от знания латышского, неизбалованных таким вниманием со стороны первых лиц, восприняли с большой благодарностью этот факт, и прониклись симпатией к президенту. Нам может нравиться или не нравиться это обстоятельство, но это так. Пусть коряво, пусть нескладно, но он пытался. Этот мудрый шаг (не знаю, подсказанный кем или самостоятельно сделанный) выгодно отличал его от Затлерса, который внезапно «забыл» русский, причем, очевидно, по чужой указке и сразу потерял часть своей харизмы в глазах говорящих на русском языке граждан и неграждан. Или от Вайры Вике-Фрейберги, которая обещала что-то там выучить, но потом наговорила с три короба про водку и селедку, но все равно по-латышски.

Во-вторых, Берзиньш на этом высоком посту оставался очень человечным. Вспомнить его эмоциональную речь после трагедии в Золитуде, например. Где был в этот момент экс-президент – тоже напоминать не надо. И во многих других моментах ощущалось, что ему не безразличны заботы жителей Латвии. В нем абсолютно не было высокомерия, а улыбка всегда вызывала желание улыбнуться в ответ. Многим импонировала его скромность, отказ от инаугурации, от зарплаты (в пользу школ – так и перечислял), отсутствие "золотых унитазов" и даже юрмальской резиденции. Да, можно сказать, что он нажил себе приличную пенсию, чтобы заниматься "благотворительностью", но ведь никто его не вынуждал и не ждал этого от него.

В-третьих, Берзиньш – мудрый человек. Он, мне кажется, первый президент, который прекрасно понимал, что становится во главе страны со сложным внутренним миром. В своих поступках и выступлениях он первым начал по-настоящему мирить в Латвии людей. Пытаться мирить. Он ясно давал понять, что внутри народа Латвии нельзя делать резких движений. Что надо пытаться понять и тех, и других. И бывших легионеров, и бывших советских солдат. И тех, кто "путин – х…" и тех, кто "крымнаш". И тех, кто ни то, ни другое - вот это особенно важно. Так, на фоне агрессивной риторики мы услышали именно от него, что, оказывается, можно быть патриотом Латвии, и Россию любить одновременно. До этого запрещали, призывали определиться, выбрать и т.д. И слово "интеграция" для меня лично прозвучало серьезно именно в его исполнении. Но такая промежуточная позиция не устраивала большую часть латышской интеллигенции, в СМИ в последние месяцы развернулась настоящая кампания травли.

Берзиньш часто держал нас в неведении о своих решениях до конца (поездка в Москву на 9 мая, например). Мне кажется, он не только взвешивал «за» и «против», но и на самом деле сомневался - всегда. И это отличное качество для человека - подвергать сомнению свои и чужие поступки и слова. Но в глазах многих - и обывателей, и политиков - ему не хватало резкости, о которой так мечтала часть народа, сравнивая его то с Грибаускайте, то с Ильвесом. Он недостаточно пугал российским вторжением, а наоборот, (ужас!) успокаивал народ.

В общем, латыши, чего скрывать, это очевидно из прессы, в большинстве своем им не гордились, не уважали. Это признают и политологи. И сейчас, как мне кажется, он просто решил достойно и красиво уйти.

Это очень важно. Потому что приходил он некрасиво, под улюлюканье сторонников Затлерса у Сейма. Через месяц-другой от улюлюканья не осталось и следа, а Берзиньш тихо-мирно начал делать первые шаги на посту президента. И сейчас, как мне кажется, он просто не хочет грязи, не хочет истории, когда его не переизберут, и тем он и запомнится. Люди же всегда запоминают плохое и последнее.

Меня расстраивает одно – я ясно видела и чувствовала сигналы от нашего президента к сближению людей. Он был выше многих не по интеллектуальному уровню - по житейской мудрости. И он многое видел как бы сверху. И понимал, и чувствовал, что надо и как надо. Но... Он слишком много знал, как говорится.

У нас это сейчас пока не востребовано. Так что, правильно сделал, что вовремя ушел.

Комментарии 9
Игорь2 года назад
Полностью согласен. Боюсь даже представить, кто придет после него...
Val2 года назад
Спасибо большое, Наталья, за пост! Все очень созвучно с ощущениями моими, и моих знакомых. Действительно, он первый из местных политиков, которые вызывают уважение своей позицией и своим поведением на посту президента, как бы мало этот пост не значил в нашей стране. За него точно не было стыдно.
Elena2 года назад
Наталья, благодарю за честное и искреннее мнение о Человеке, который сейчас уже мало кому "выгоден". Тем более, что по- моему, он вообще мало под кого подстраивался и не пытался угодить... И большая буква в определении - "Человек" лишь подчеркивает моё уважение к той роли (или миссии), которую он пытался сохранять все 4 года на своем посту.