Пакт отсрочил битву не в нашу пользу

В мире | 25 августа 2009 года, 12:18

И. ВОРОБЬЕВА – Добрый вечер. Программа «Особое мнение». Сегодня по традиции по понедельникам в это время в нашей студии гость Леонид Млечин, журналист и историк. Здравствуйте.

Л. МЛЕЧИН - Здравствуйте. Вот вы говорите «Особое мнение», а у меня такое ощущение, что я говорю самые что ни на есть обычные вещи. Как так получилось, что у нас в обществе такие мнения оказались особыми.

И. ВОРОБЬЕВА – Это же ваше особое мнение.

Л. МЛЕЧИН - Ничего такого особого нет. Оно такое самое что ни на есть обычное, мне кажется. А вот если оно оказывается в роли особого, уже что-то не так с остальными.

И. ВОРОБЬЕВА – «Особое мнение» Леонида Млечина, которое на самом деле вполне обычное. Давайте поговорим о необычной ситуации, которая сложилась в Шотландии о том, что отпустили человека, который причастен к теракту на борту самолета в небе над Локерби, тогда погибло около 200 человек и сейчас человека отпустили на родину из тюрьмы. По причинам сострадания, потому что человек неизлечимо болен. Как вы оцениваете такое событие. Человека отпустили.

Л. МЛЕЧИН – Вообще, когда отпускают неизлечимо больных, это довольно частое явление, это даже в сталинские времена актировали заключенных из ГУЛАГа, если он был неизлечимо болен, его отпускали. Это существует в законодательствах разных стран. К данному случаю отношусь плохо, потому что террористов, виновных в убийстве в данном случае сотен людей, наказывать надо очень жестоко. Я противник смертной казни. Но пожизненное наказание мне представляется адекватным способом наказать.

И. ВОРОБЬЕВА – Но именно у него было, у Али аль-Меграхи пожизненное наказание. А как же тогда все разговоры о том, что с террористами не ведем переговоров. А тут, раз и отпустили.

Л. МЛЕЧИН - Кто как. На самом деле эта формула употребляется многими, а исполняется очень немногими государствами. Европейские страны на протяжении 40 примерно лет, которые насчитывают историю терроризма, очень даже вели переговоры и очень даже освобождали террористов. Причем много раз. Именно европейские страны в силу своей уязвимости перед арабским и исламским миром. И они делают это сплошь и рядом.

И. ВОРОБЬЕВА – То есть это сделка?

Л. МЛЕЧИН - Они происходят уже на протяжении 40 лет, мне известных, 40 лет примерно тот горизонт, который мне известен истории терроризма. Да, сделки происходили сплошь и рядом, и будут происходить. Европейские страны чувствуют себя неуверенно, сталкиваясь с этим миром. У этого мира слишком большие рычаги для давления на них. Не поддаются США, потому что чувствуют себя более уверенно.

И. ВОРОБЬЕВА – И в случае с этим террористом в небе над Локерби, это тоже сделка?

Л. МЛЕЧИН - Это большая сделка с Каддафи, который сильно изменился. Он был когда-то покровителем, как говорят международного терроризма по полной программе. Всем давал деньги, кто только брал. Брали все. Потом в какой-то момент, когда его очень сильно прижали санкциями именно из-за этого взорванного самолета, он практически был вытеснен из мировой жизни, ему это очень не понравилось, потому что он парень амбициозный, ему хочется блистать и быть замеченным. А исчезла такая возможность. Он пошел на попятную. И денег стало жалко. Он перестал давать деньги террористам, перестал им помогать. Он от всего отказался, отказался даже от ядерной программы. И в награду за это с него сняли санкции, а сейчас его сынишка, который на очереди на это королевство, ему тоже нужно что-то, он что-то обещает и взамен получает. Он привез этого человека, сказал: вот видите, мы спасли, своего мы не выдаем и так далее. Такие игры.

И. ВОРОБЬЕВА – По сообщениям прессы Али аль-Меграхи встречали на родине как героя.

Л. МЛЕЧИН - Конечно, ведь умонастроения этого мира нисколько не изменились. Это люди, которые чувствуют себя счастливыми, когда убивают тех, кого они считают врагами. А врагами для этого мира является весь христианский мир.

И. ВОРОБЬЕВА – Что делать в этой ситуации США? Они уже высказали обеспокоенность. Сейчас американские пользователи Интернета призывают бойкотировать британские товары. Что делать им в ситуации, когда происходят такие сделки?

Л. МЛЕЧИН - Что делать всем нам в ситуации, когда происходят такие сделки. Поскольку я позволю себе напомнить, что такие же точно теракты совсем недавно в большом количестве были совершены на нашем Кавказе и Дагестане и Ингушетии, в Грозном. Я в прошлый раз говорил о том, что появление большого числа камикадзе вселяет в меня особую тревогу. У нас кто-то из компетентных органов так счастливо говорит: ну вот видите, мы их победили, они теперь боятся противостоять нам в открытом бою, только дошли до камикадзе. Это такое полное, если всерьез, то это полное непонимание ситуации. Потому что камикадзе куда более изощренная и более опасная форма. Когда в открытом бою есть возможность победить, во-вторых, в открытом бою противостоят террористам люди обученные воевать с ними.

И. ВОРОБЬЕВА – То есть не гражданские.

Л. МЛЕЧИН - Конечно, а жертвами камикадзе очень скоро станут гражданские люди. Потому что после этих терактов, особенно в Назрани естественно, все здания государственные правоохранительные органы обнесут оградой, камикадзе туда уже не проникнут, тогда они начнут взрывать, не хочу быть Кассандрой, упаси Господь, просто есть опыт мировой, себя на стоянках автобусов, в магазинах и так далее. Поэтому что всем нам делать, я думаю, что позиция должна быть очень жесткой и никаких компромиссов с этими людьми, которые сознательно идут на убийство людей, быть не может.

И. ВОРОБЬЕВА – Я, честно говоря, не представляла себе «Особое мнение» 24-го августа без разговора о пакте Молотова-Риббентропа, о 70-летии и так далее. Хочу даже начать так нашу беседу, сегодня в Польше заявили о том, что извинения за этот пакт они абсолютно не нужны никому, и никто их видимо, не ждет. 70 лет понятно, мы об этом говорим. Но как вы оцениваете позицию Польши по этому вопросу?

Л. МЛЕЧИН - Позиция Польши не имеет ключевого значения для нас. Для нас ключевое значение имеет наша собственная позиция. Наверное, какой-то уникальный случай, что историческое событие на протяжении уже стольких десятилетий, что называется, мучает общество и общество через 70 лет после этого события не в состоянии дать ему оценку. Я даже не знаю какого-то аналога неспособности нашего общества совладать со своим недавним прошлым. Причем полной неспособности, в какой-то момент казалось, ну вот теперь уже дело пойдет, сейчас начнем изучать, откроются архивы и мы все узнаем и наконец все станет ясно. Ни только что не пришли к согласию, а дело еще усугубилось. Противостояние стало жестче, отношение к истории стало жестче, история просто компонент внешней и внутренней политики нашей страны. Это свидетельство такого неблагополучия в нашем обществе, просто оторопь меня берет. Особенно когда речь идет о пакте Молотова-Риббентропа. Есть много исторических эпизодов острых, с которыми историкам еще работать и работать. Потому что многое непонятно. Но этот конкретный эпизод до такой степени изучен, и известна чуть ли ни каждая минута, как это происходило. Причем что делали все участники этого события и до такой степени все ясно, что даже толкований разных быть не может. И если они присутствуют в нашем обществе, а толкования разные существуют только в нашей стране. В этом смысле мы идем своим путем. Есть весь мир остальной, весь земной шар, у которого одна трактовка этого события, и только в нашей стране или части общества подавляющего есть трактовка другая. Просто я в отчаянии. Потому что мне казалось, что вот опубликуют документы, люди прочитают и поймут и все станет ясно. Ничего подобного. А) или не хотят читать, б) или читают, говорят, что все это не так, в) просто на голубом глазу говорят, что на самом деле все равно все это было правильно.

И. ВОРОБЬЕВА – Я позволю себе озвучить для вас некоторых цифры. ВЦИОМ провел общественный опрос. Практически каждый 4-й россиянин, то есть 26% ничего не слышал о подписании в 1939 году подписания пакта Молотова-Риббентропа. При этом, как правило, россияне не видят ничего предосудительного в этом договоре, считая, что Иосифу Сталину ничего не оставалось, кроме того, как подписать пакт, чтобы отодвинуть угрозу войны – 57%.

Л. МЛЕЧИН - Это с одной стороны катастрофа, а с другой стороны ничего удивительного в этом нет. Ведь семь десятков в нашей стране происходила такая фальсификация истории, равной которой тоже в мире никогда не было. Такой тотальной фальсификации никогда не происходило на протяжении такого длительного времени. И после того не было предпринято реальных мер для такой дефальсификации, для возвращения правды. Она происходит среди профессионалов. Тот, кто читает исторические журналы, ходит на исторические конференции, читает документы, он представляет себе, о чем идет речь. А все остальные, кто не может этим заниматься, у людей же своя работа, она пребывают в этом мифологическом пространстве, оно укореняется все сильнее. И что любопытно, люди даже не знают, а пакт Молотова-Риббентропа ведь определил не только судьбу Польши, а нашей страны. И в результате подписания этого договора погибли десятки миллионов наших граждан. Потому что именно подписание этого пакта тот шаг, который сделал тогда Сталин, тот исторический выбор, он и привел нас к катастрофе 1941 года. Когда погибло столько людей, когда полстраны оккупировали, когда такие несчастья обрушились на нашу страну. Если люди не хотят этого знать, или если они считают это дело хорошим, то какое же антипатриотичное, антигосударственное, антироссийское настроение. Но может быть, я иногда думаю, действительно не понимают, в чем дело. Потом думаю: нет, просто не хотят. Давайте просто вернемся к этому событию, действительно невозможно не вернуться. Говорят, что Сталин, подписав с Гитлером этот пакт, избавил страну от войны и в 1939 году отодвинул начало войны и отодвинул границу, что стало легче. Давайте посмотрим, какова была в реальности картина. 24 августа 1939 года никто ни в одной стране не думал о возможности войны Советского Союза и Германии. В Советском Союзе об этом не думали. Никакой угрозы войны в 1939 году со стороны Германии не было. Ни в одном документе того времени, ни в каких записях бесед, ни в каких воспоминаниях об этом не идет речи. Никто в августе 1939 года в нашей стране не боялся нападения гитлеровской Германии. Из справедливо не боялся. Он и не собирался нападать. Ни в одном документе Третьего Рейха, они открыты все до единого, ни в одном выступлении Гитлера, ни в одном плане Вермахта, вообще нигде об этом не идет речи. Почему? – не потому что он был хороший, а потому что осенью 1939 года Гитлер не мог вести войну против Советского Союза. Ни по военным, ни по экономическим, ни по каким иным соображениям. Вермахт на тот момент представлял собой армию, которая могла выдержать только небольшую войну со слабым противником. Он выдержал и победил Польшу, после трех недель тяжелых боев, в результате которых Германия понесла большие потери в авиации и в бронетанковой технике, и лишилась всего запаса авиаснарядов для авиации, и вообще артиллерийских снарядов. В течение примерно полугода после окончания боев в Польше, Германия вообще не могла вести никакой войны. То есть она не представляла ни для кого никакой военной опасности. В 1939 году столкновение Советского Союза с Германией закончилось бы быстрой и безусловной победой Красной Армии. Теперь давайте посмотрим, что произошло. Он бы еще не решился напасть, имея за спиной враждебную Францию, Англию. Что произошло к 1941 году в результате мудрого, как считают многие решения Сталина.

И. ВОРОБЬЕВА – Два года всего прошло.

Л. МЛЕЧИН - Даже меньше. За это время Гитлер уничтожил всех противников в Европе, которые могли угрожать ему ударом с тыла, произвел дополнительную мобилизацию в Вермахт. Дал возможность Вермахту пройти боевую обкатку, увеличил количество вооружений, получил в свое распоряжение трофейную технику, большие запасы ресурсов и после этого нанес удар в 1941 году по Красной Армии. Результат известен, в 1941 году та Красная Армия, которая существовала на 22 июня, была полностью уничтожена. И танки немецкие дошли до Москвы. И кто же после этого посмеет сказать, что шаг Сталина был правильный. Он Гитлеру дал возможность подготовиться лучше к уничтожению нашей страны. А нашей стране он ничего не принес. Наоборот, он отсрочил эту битву не в нашу пользу.

И. ВОРОБЬЕВА – Но возможно просто люди не очень понимают, они думают, что если отсрочили войну, значит так лучше. Всегда лучше, если будут отодвигать.

Л. МЛЕЧИН - Вопрос о войне, о нападении Гитлера на Советский Союз в 1939 году не стоял вообще. Он не обсуждался никем, ни Гитлер не собирался нападать, ни Сталин этого не боялся. Дискуссии 1939 года в Кремле шли совершенно другого толка. Но для этого надо понимать, что такое Сталин. Он, увидев, как хваткий и динамичный Гитлер подминает под себя Европу, подумал: а он-то чем хуже. А он-то чего тут сидит и молчит. А почему ни сделать то же самое. Но только он понимал, что сговариваться с западными державами никак невозможно о разделе мира. Ну как Англия, Франция при всем своем оппортунизме, трусости, не могли сказать: ну давай поделим. Ты себе забирай Польшу, а мы себе прихватим что-то еще. Это было невозможно. У нас часто сравнивают мюнхенский сговор, по которому Судетская область, населенная немцами, была передана Германии, с пактом Молотов-Риббентроп. Есть разница. Да, в Мюнхене западные державы не захотели воевать из-за Чехословакии. И сослались на то, что есть принцип самоопределения народов. Раз в Судетах живут 3,5 немцев, пусть они принадлежат Германии, раз они этого хотят. Но и Англия, ни Франция не отхватили себе по кусочку от Чехословакии. Не послали сюда войска. Мы себе Прагу, а вы себе Братиславу, - они этого не делали. А Сталин, сговорившись с Гитлером в ночь с 23-го на 24-е, они в два часа ночи закончили переговоры, отхватил себе кусочек Польши. Причем если кто-то скажет, что это было идеей воссоединения, то это тоже глубоко ошибочно. Мысль о том, что это будет прикрыто флагом воссоединения Западной Белоруссии и Западной Украины, был придуман после подписания пакта. В голову это тоже товарищу Сталину не приходило, его это не интересовало. Лозунг воссоединения никогда не ставился с 1921 года, с момента подписания Рижского мира с Польшей. Это было придумано позже, потому что они сговорились с Гитлером, что Сталин введет свои войска, отхватит себе. Возник вопрос: а как. Это же надо как-то объяснить собственному народу. Через несколько дней, придумали и Молотов, нарком иностранных дел вызвал германского посла Шуленбурга и сказал, что так и так, извините. И тот сказал: ну как же так, это же для нас обидно. Есть же протоколы бесед. Молотов сказал: ну ничего другого мы не придумали. Такое у нас будет объяснение. Это было объяснение. Оно не имело никакого отношения к реальности. Сталин делил мир. Надо понять, почему столько государств сравнивают Гитлера со Сталиным. Потому что они ничем не отличались друг от друга. Это действительно по мерзости своего характера, по масштабам преступлений совершенных, как ни неприятно это слышать, не надо на себя принимать.

И. ВОРОБЬЕВА – То есть сталинизм и нацизм это одно и то же?

Л. МЛЕЧИН - Нет, это немножко разные. Это сложнее вопрос. Но Сталин и Гитлер оба мерзких персонажа.

И. ВОРОБЬЕВА – Хорошо, преступления равноценны.

Л. МЛЕЧИН - Масштаб преступлений, совершенных сталинским режимом по отношению к собственному народу также ужасен, как масштаб преступлений, совершенных гитлеровским режимом по отношению к собственному народу. Это точно. Это невозможно опровергнуть, потому что для этого существует реальность. Надо посмотреть на нее. Сталин просто воспользовался возможностью: с Гитлером можно договориться. Риббентроп, министр иностранных дел нацистской Германии пробыл в Москве меньше суток. Они втроем: Сталин, Молотов, Риббентроп поделили Европу за несколько часов. Первые переговоры начались вечером 23-го, Сталин предъявил требования, которые немцы не ожидали. Он сказал, что Лиепае и Вентспилс как два порта незамерзающих ему тоже нужны. Немцы не собирались их отдавать. Риббентроп пошел звонить в Германию. Пока Гитлеру докладывали, сделали перерыв, Гитлер сказал: да, он в тот момент был готов на все. Гитлер не мог напасть на Польшу, имея в виду, что у него за спиной будет враждебная Франция, а что если Советский Союз окажет помощь Польше. Тогда его кампания рушилась. Если бы Советский Союз в 1939 году не подписал этого пакта, Гитлер может быть не решился бы напасть на Польшу.

И. ВОРОБЬЕВА – Даже так.

Л. МЛЕЧИН - Может быть. Ему позарез нужно было. Гитлер отдавал все, он был согласен на все. Риббентроп говорил: Сталин просит это. – Да! Формулировка Сталина, сталинская формулировка, - все что угодно. Когда Сталин согласился принять Риббентропа для подписания договора и секретного протокола, то Гитлер, это же засвидетельствовано, захохотал и сказал: ну все, теперь весь мир у меня в кармане. А до того не мог. Он же отложил нападение на Польшу. Оно должно было произойти неделей раньше. Но он не получал ответа от Сталина, а Сталин тянул время, серьезная была акция. Гитлер не мог решиться напасть на Польшу, не имея такого дружественного нейтралитета со стороны Советского Союза, со стороны Сталина. И только добившись, он решился.

И. ВОРОБЬЕВА – Вы говорили, что ваше «Особое мнение» не особое. Спасибо большое.

Л. МЛЕЧИН - Все, что я излагаю, десятилетиями историками описано в пухлых томах на основании всех документов, показаний очевидцев.

И. ВОРОБЬЕВА – А вы после этого удивляетесь, почему люди не читают эти пухлые тома и все остальное.

Л. МЛЕЧИН - Это потому что их в школе учили совершенно другому. По радио им говорят другое, по телевидению совсем другое. Это беда.

И. ВОРОБЬЕВА – Вернемся к нашим реалиям. Хочу спросить про день российского флага, который прошел в Москве в субботу. Не совсем удачно, были задержаны люди, некоторым нанесены физические побои. Например, активист «Солидарности» Илья Яшин получил рассечение головы, там все серьезно. Швы и так далее. Как вы оцениваете такую картину. Москва, день флага, людей забирают с российскими флагами.

Л. МЛЕЧИН - Мне вообще крайне прискорбно вошедший в практику разгон демонстраций или каких-то небольших манифестаций вообще очень приличных людей. Которые не представляют никакой опасности для общества, которых разгоняют силой. С нарочитой жестокостью. Я вообще этого не понимаю. Меня, конечно, немножко смущает, что всякий раз люди выходят на несанкционированные мероприятия, но меня смущает и то, что им это все время не разрешают. Тоже нехорошо. Потому что есть отличия между бандитами, которые кричат «всех поубиваем», и есть люди, которые идут и говорят о демократии, о флаге. Они не представляют опасности для общества. К ним отношение должно быть совсем другое. Я много раз в разных странах видел такие демонстрации, их полиция охраняет. Они могут быть маленькие, всего несколько человек, но они не представляют опасности. Они не собирались пьяные бегать с ножами за кем-то. Ну зачем так с ними, я этого просто не понимаю. Это тоже какая-то беда нашего общества. Но серьезная беда, потому что это вошло в практику, у нас ОМОН гоняет по всей стране. Как будто дел других нет для него.

И. ВОРОБЬЕВА – Напомню, у нас в гостях историк и журналист Леонид Млечин.

Л. МЛЕЧИН - Историк-любитель.

И. ВОРОБЬЕВА – Хорошо, я буду каждый раз говорить о том, что вы историк-любитель.

Л. МЛЕЧИН - Я человек, любящий историю точнее.

И. ВОРОБЬЕВА – Давайте поговорим об Украине немножко. Очень много вопросов наших слушателей об Украине. Предприниматель из Киева Сергей спрашивает: если Ющенко победит на выборах в Украине, то посол России вообще не приедет в Киев. Как, по-вашему, к какому из будущих президентов Украины (из списка сегодняшних претендентов) посол России приедет, а к какому не приедет и почему?

Л. МЛЕЧИН - Мне кажется, что Ющенко не может выиграть выборы, он растерял свой авторитет. Какой-то другой прибудет другой на его место. Только если кому-то у нас кажется, что этот человек сменит свою внешнюю политику, то сильно ошибается. Потому что государство всегда имеет свою собственную политику, если только не оккупировано, оно проводит самостоятельную политику. Просто никак невозможно примириться, что у Киева, который был раньше просто частью нашей страны, естественно, проводил то, что ему говорили в Москве, у него есть своя политика. Своя политика, она естественно в значительной степени формулируется в рамках отталкивания от России, это естественно. Потому что они же отделились от Советского Союза, и они отделяются, они себя должны так утвердить в отталкивании. Только надо понять, что ничего такого страшного на самом деле в этом нет. Ничего не поделаешь, ну разошлись с женой, теперь спят раздельно. Но можно не скандалить, ребенка воспитывать вместе. А можно скандалить, в суп что-то подсыпать и сделать жизнь невозможной. Мне представляется, что первое, ну разошлись, что делать. Можно сохранить дружеские отношения. Ребенка вместе воспитывать, в школу отвести и так далее. Такой вариант был бы лучше с Украиной. Но предпочли разодраться и дальше это идет по нарастающей. Потому что как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем, это бесконечно и закончилось, кстати, трагически. Поэтому дело не в том, кто придет туда, даже если это будет Янукович, столь любимый многими у нас, он все равно будет проводить ту же самую политику. Потому что то, что так не нравится сильно, крен в сторону НАТО, ЕС, начался при Кучме, если не сказать при Кравчуке. И будет проводиться другими украинскими президентами точно также или с большей активностью. Надо исходить из этой реальности. И строить политику, исходя из нее. Не посылать посла - очень странный жест. Он лишает возможности решения каких-то проблем. Мы тут говорили много раз про НАТО, НАТО ужасное, чудовищное. А возникла у нас проблема с пропавшим судном, кто помог? НАТО. Не потому что оно хорошее, просто нормальная структура, она полезная структура. Мы только что в этом убедились. И ничего страшного в том, что Украина выстраивает, находясь к Западу от нас, отношения со своими соседями к Западу, ничего страшного в этом нет. Не надо этого бояться. Самих себя не надо запугивать. Ужас состоит в том, мы говорили про мифологизацию истории, из этого прорастает и полное непонимание текущего момента. И последствия этого ужасные. Я читал интервью с оправившимся, слава богу, после покушения президентом Ингушетии. Известный журналист, ваш недавний коллега его расспрашивал. Очень вполне толково рассказывает, что на самом деле боевики это все-таки арабы приезжие, его корреспондент спрашивает: а что, все арабы? Нет, нет, - говорит президент Ингушетии, - мы знаем, кто за этим стоит. Вот кто же? США, Англия и Израиль. То есть президент Ингушетии, руководитель этой взрывающейся республики уверен, что за всеми серьезными проблемами стоят США, Англия и Израиль. Может ли он, а также все остальные, они придерживаются такой же точки зрения, это не особое мнение, решать проблемы своей республики, вот так видя мир. Если они так считают, что они могут решить. Ничего. Вот это беда. Проблемы с историей отзываются не только чисто историческими спорами, а полным непониманием реальности и неспособности сделать из этого выводы и какие-то решения.

И. ВОРОБЬЕВА – Вас просят поздравить Украину с днем независимости. И одновременно задают вопрос: почему именно сейчас поднят вопрос об участии украинцев в войне на стороне Грузии, имеется в виду война прошлого года. Это подобно внезапному выступлению Медведева, - пишет наш слушатель по Интернету. Имеются в виду те данные, которые сегодня опубликовал Следственный комитет России в том, что есть доказательства, что украинцы воевали на стороне Грузии. Почему сейчас?

Л. МЛЕЧИН - В советские времена, когда работал в журнале «Новое время», нам периодически присылали, мне тоже разрешали читать документы секретные, решения секретариата ЦК, предположим, о проведении какой-то кампании. И там было записано, первый пункт: гость Телерадио, показать фильм об американских империалистах. АПН и ТАСС. Опубликовать материалы о том, как ужасны американские империалисты в третьем мире. Журналу «Новое время» дать статью еще о чем-то. Я вижу сейчас следы чего-то такого, расписанным разным ведомствам рассказать что-то ужасное об Украине. Это ведомство по своей части вытаскивает. И каждое ведомство кто, сколько может, исполняет этот план. Есть он на бумаге, устно или каждое ведомство само понимает, что надо. Вытаскивает все, что можно негативного об Украине. Если придумают, что оттуда крылатые ракеты взлетают по ночам, у нас из-за этого огурцы не растут, то тоже может быть. Я удивляюсь, что Онищенко еще не подключили к этому делу.

И. ВОРОБЬЕВА – Хочу вернуться к трагическому событию – аварии на Саяно-Шушенской ГЭС. Руслан из Украины спрашивает: авария на Саяно-Шушенской ГЭС это только начало расплаты за халатное отношение к подобного рода объектам или действительно это единичный несчастный случай, повторение которого маловероятно.

Л. МЛЕЧИН - Невозможно о таких вещах судить. Сегодня Медведев сказал здравые вещи, что все это результат нашей тяжелой отсталости. Он прав. И прав наш слушатель, говоря о халатности невиданной. Мы сталкиваемся с этим каждый день и все мы ругаемся. Мы все недовольны своей жизнью и тем, что как вокруг происходит. Мы все друг другом недовольны. Туда пошли, в этом учреждении справку получить невозможно, здесь ничего тебе объяснить не могут. Есть такая халатность во всероссийском масштабе. А когда складывается несколько халатностей, происходит катастрофа. И отсталость конечно чудовищная технологическая. И инфраструктурная, отсталость нашей жизни, и бедность нашей жизни. Если только выедешь за Москву, это все видно. Я, к сожалению, не вижу, даже президент правильные слова говорит, никаких шагов для того, чтобы это преодолеть реальных. Не шагов, вот сейчас немедленно решение президент сказал и уже все ведомства докладывают, что они сделали, планы огромные с сотнями страниц, это все чепуха. Пока в обществе не создастся другая атмосфера, общество ни приобретет какую-то другую структуру, при которой оно само оживет и само начнет двигаться вперед, ничего не произойдет. Никакие решения ЦК КПСС не меняли жизнь в нашей стране, решения президентов и премьер-министров тоже. Испортить они что-нибудь могут, ухудшить. А улучшить масштабно они не могут. Это только само общество должно двинуться каким-то образом вперед, глаза должны загореться. А я в прошлый раз начал говорить, я был в Ярославле, очень много красивых девушек. А их кавалеры все поголовно пьяные. Вечером идешь, невозможно, море красивых девушек, я дальнозоркий, я всю площадь вижу, все молодые люди пьяные. От скуки, от неинтересной работы, от дурной окружающей среды, потому что все здания обшарпанные, разваленные. Мы там события 18-го года снимали. Да, пожалуйста, сколько хочешь. Но люди-то так живут. Когда они там живут в таком окружении, в таком ощущении, ну как они могут двигаться вперед. И ничего не произойдет, никаким решением, планов, бюджетной строкой. Пока общество ни переменится, ни разберется с прошлым и настоящим, тогда и будущее откроется.

И. ВОРОБЬЕВА – Среди вопросов, спрашивали, мол, говорите много, что плохо, плохо живем, а что делать?

Л. МЛЕЧИН - Это справедливо, кстати. Я тоже иногда думаю, ну что же все время рассказываешь о грустном, но с другой стороны ну это как пришел к врачу, он может сказать: у тебя ноги потрясающие, замечательные. Ты бегать можешь сколько хочешь. Человек ушел, через полгода умер от туберкулеза легких. Все-таки надо замечать самое важное, о нем говорить. Мне кажется, не надо этого пугаться. Если ты видишь недостаток, значит, его можно исправить. Вот когда ты его не видишь, когда тебе не диагностировали, что у тебя что-то опасное, иди, полечись, милый, купи лекарства, а обрекают тебя умирать. А когда тебе поставили диагноз, говорят, давай милый, лечись, займись спортом, брось курить, бросить выпивать. Найди хорошую работу. Тогда жизнь наладится. То есть надо все-таки смотреть реалистично. Видеть правду и не пугаться ее. Что такие пугливые. Такая большая страна, столько всего вынесли, такая пугливая. Не надо нам дурных новостей рассказывать.

И. ВОРОБЬЕВА – Да где же пугливость?

Л. МЛЕЧИН - В этих словах. Это часто звучит. Зачем нам о плохом рассказываете. Это пугливость. А чего пугаться. Не новостей надо пугаться, а ситуации, ее стараться как-то исправить. А все говорят: не показывайте нам о плохом. Все будет хорошо тогда.

И. ВОРОБЬЕВА – Все будет хорошо в любом случае, - говорит Леонид Млечин в своем «Особом мнении». Спасибо.

Комментарии