Кларксон про Porsche

Авто | 9 августа 2009 года, 22:23

Я не хочу Porsche Boxster. Для этого есть несколько причин. Во-первых, не смотря на то, что он превосходно собран и превосходно сбалансирован, он немного тесноват для взрослых мужчин, сцепление немного суетливое, а внешний вид немного староват. Но больше всего я не хочу Porsche Boxster потому, что у Джеймса Мэя такой. А в его жизни, буквально, нет ничего, чего бы мне хотелось. Ни его почтовый индекс, ни его старинные мотоциклы, ни его аккуратные джемперы. Не хочу даже его новый модный аэроплан Vickers Velos.

И тем не менее, около моего дома сейчас припаркован Porsche Boxster ограниченной серии, названный RS60 Spyder. Я катался на нем последние семь дней, и понял, что его я тоже не хочу.

Отчасти потому, что никакая это не ограниченная серия. Это обычный Boxster S с кнопкой, делающей выхлоп чуть громче, и интерьером в цвете, как они его называют, Carrera Red. А, еще у него «уникальный» передний спойлер, спроектированный в основном чтобы издавать ужасающий шкваркающий шум на каждом из 2,5 миллиардов «лежачих полицейских» в Оксфорде.

Конечно, имя RS 60 Spyder придумано для того, чтобы штаны каждого любителя Porsche на планете сползали сами, и напомнить им теплым объятьем о какой-то давно забытой гоночной машине, на которой Фортескью Мажор одержал победу в гонке Mille Florio в 1903-м. Но этого не происходит. Что эта машина делает, что каждый Boxster делает, так это стоит у вашего дома и напоминает, что вы не можете позволить себе 911-ый.

Я не хочу и 911-ый. И нет, Ричард Хаммонд тут ни при чем. Да, у него есть 911-ый, и это плохо — я хочу сказать, посмотрите что 911-ый сделал с его волосами. Но еще у него есть все остальные автомобили мира, поэтому отбрасывать 911-ый, только потому что у какого-то сквернослова из Уэльса он втиснут между косоглазым Morgan и Vauxhall Firenza — это глупо.

Я был бы рад хотеть 911-ый. Мне нравится, как они водятся. Нравится, как они выглядят. Нравится, как они собраны. В моей жизни, прямо сейчас, неполноприводный 911S подошел бы идеально. Так почему я купил форсированный Гитлермобиль SLK55?

Вы можете подумать, что я задумываюсь о Cayenne. Нет. Я бы больше предпочел вирус Эбола, шесть локтей и неутолимое желание отшлепать Папу римского. Cayenne великолепен. Круче, чем вы можете представить, и чрезвычайно быстр. Но он просто не подходит мне.

Вот что странно. Все мы знаем, между людьми есть притяжение. Вы встречаете кого-нибудь, и прежде чем человек вдохнет воздуха, чтобы произнести слово, вы уже знаете, что ненавидите его всеми фибрами, и хотите врезать ему по голове лопатой. Несомненно, именно это я и чувствовал, когда впервые встретил Пирса Моргана.

Но какое может быть притяжение к полторам тоннам проводов, стекла, стали и масла? Почему мне сейчас хочется Mercedes SL65, эту бессмысленную машину, у которой такой крутящий момент, что она ускоряется только вниз, к центру Земли, а не Porsche turbo, который великолепен?

Я конечно понимаю, почему некоторые люди умышленно покупают гадкие машины.

Возьмем Citroen Picasso. Это машина для тех, кто всегда едет 65 км/ч. На трассе. По A44, когда я спешу. По деревням. По садовым магазинам. Везде. Созданная быть безобидной, стараясь не приносить никому вред, она умудряется приносить вред каждому. Так почему все покупают подобное, когда есть столько альтернатив? Садовая тачка, например, или путевка в Гуантанамо Бэй, или подагра. Я скажу почему. Потому что Citroen дешевый.

Дешевизна заставляет людей покупать внедорожник Kia. Им нужно что-нибудь, что бы тащило их дом на колесах в грязное поле, и они бы предпочли Range Rover, но он слишком дорог. Для меня все становится понятно. Если бы у меня был дом на колесах, семейство, которое нужно содержать, и скромная зарплата, я бы купил Kia.

Нет, если подумать, то не стал бы. Если бы у меня был дом на колесах, семейство, которое нужно содержать, и скромная зарплата, что бы я сделал, так это убил бы себя.

Чем я обеспокоен, так это что происходит, когда исключаешь хорошее предложение за свои деньги. Когда ты совершаешь решение о покупке, не думая о выборе сервис-центра, экономии топлива, количестве вредного выхлопа или транспортном налоге. Если коротко, то я обеспокоен, почему я не хочу Porsche.

Дело не в значке. Говоря по правде, я был единственным человеком на свете, который хотел 924-ую модель. Я знал, что двигатель у него от Фольксвагеновского фургона, и что разгон до сотни занимает шесть лет, и стоит он миллион фунтов, и платишь ты только за значок. Но у него были велюровые сидения в полосочку, и мне это нравилось.

Потом они поставили расширенные колесные арки и новый четырехцилиндровый 2,5-литровый двигатель, чтобы получился 944-ый. Я хотел его так сильно. На самом деле, если я составлю список 10-ти лучших авто, что мне приходилось водить, 944 turbo без сомнений будет там. Сейчас его можно купить за 5 штук фунтов ($10,000).

По праву, я должен ненавидеть 928-ой. Это была моя первая машина для прессы, которую я разбил. На ней я поехал проведать отца, а на следующий день он умер. Я невзлюбил чудовищное ощущение от езды в поздних моделях. Но даже сегодня, когда такой с грохотом проезжает мимо меня, моя голова вращается за ним, как у Линды Блэр в Изгоняющем Дьявола. Я думаю, это одна из самых красивых машин, когда либо сделанных.

Что же случилось? Почему раньше я любил Porsche, а сейчас нет?

Имижд? В принципе да, было время, когда окрашенный в защитный красный 911-ый со сплющенным носом и с задним спойлером, словно хвостом у кита, был автомобильным предвестником неминуемого появления идиота. Но с тех пор идиоты прошли фазу BMW и сейчас висят у вас на хвосте в больших, быстрых Audi. Что же меня останавливает?

К счастью, я думаю, у меня есть ответ. В старые времена Porsche были бракованными и даже немного броскими. У 944-ого были большие арки. У 924-ого двигатель был от фургона. У 928-ого были клетчатые сидения. Коричневого цвета. У тебя складывалось впечатление, что над ними работали люди, которые разбирались в автомобильном деле. А не только в том, как заставить машину проходить повороты.

Сегодня же у меня такое впечатление, что Porsche делают люди, у которых есть огромная коллекция маленьких отверточек. Им нравится подбирать правильный состав для покрышек и делать точную калибровку топливных форсунок. Вот почему моторный отсек 911-ого смотрится, как задняя стенка стиральной машины. Потому что их делают инженеры, возможно лучшие в этом бизнесе, и их не волнует эстетика. Они хотят разработать уравнение, формулу, которая пройдет по Нюрбургрингу как можно быстрее.

Поэтому, когда ты покупаешь современный Porsche, ты демонстрируешь всему миру, что тебя очень интересует вождение. «Быть вовлеченным в вождение» означает, что для тебя это хобби.

Это плохо. Хобби нужны тем, кого застукали в детстве за мастурбацией. Мамы говорили таким, что кое-что отсохнет, если они не вылезут из постели и не сделают что-нибудь полезное. И они делали. Они собирали модельки самолетов и коллекционировали марки. Кто-то увлекся орнитологией. Это сделало их очень непопулярными среди ровесников, которые знали куда более интересные забавы, связанные с кустами и птицами. Покажите мне кого-нибудь в 911-ом, и я покажу вам, кого избивали в школе.

У меня нет статистики, но могу поспорить, что большинство гольфистов ездят на 911-ом. Все потому, что говорили им мамы. Говорили, что они должны занять чем-то свое время, куда не должно входить посещение туалета с номером Азиатских Малышек. И они не онанисты. В этом, как это ни странно, и заключается проблема.

Кларксон про Porsche

Комментарии