Русский вопрос на фоне Берлинской стены (1)

В мире | 13 ноября 2009 года, 12:16

Скорее всего читатель обратится к этой статье уже тогда, когда в центре общественного внимания окажется текст нового президентского послания Дмитрия Медведева. Следовательно, нужно написать либо о том, что в этом послании есть, - рискованный эксперимент с учетом того, что этот номер "Известий" выходит в свет именно в день оглашения послания; либо о том, чего в послании точно нет, но общественный интерес к чему более чем значителен.

Я напишу о так называемом русском вопросе, интересующем почти всех в нашей стране и очень многих за ее пределами - не только там, где собственно русские и проживают. В официальной публицистике обсуждение его фактически табуировано. Хотя в публицистике неофициальной и в вольных беседах (устных и сетевых, среди, как модно выражаться, продвинутой публики) мало что может сравниться с ним в популярности. Сегодня, правда, я коснусь лишь одной из многочисленных сторон русского вопроса: проблемы разделенности русской нации или русского народа (использую здесь оба эти термина как синонимы). Актуальный повод - пышно отмеченная - не без участия двух глав нашего государства, прежнего и нынешнего, - 20-я годовщина падения Берлинской стены, а фактически - воссоединения немецкой нации и немецкого государства.

Накануне этого юбилея президент России Дмитрий Медведев дал интервью журналу "Шпигель". Отвечая на вопрос, цель которого - прощупать позицию нынешнего президента России как раз по интересующей нас теме, Дмитрий Медведев фактически подтвердил, но, увы, в установленных нашими официальными лицами самими для себя и именно по сему поводу рамках "политкорректности", наличие русского вопроса. Процитирую соответствующее место интервью:

"ВОПРОС: Ваш предшественник Владимир Путин назвал развал Советского Союза величайшей геополитической катастрофой ХХ века. Вы разделяете эту оценку?

Д.МЕДВЕДЕВ: Распад Советского Союза - это действительно очень большое потрясение для всех людей, которые проживали на территории бывшего Союза ССР. Безотносительно к тому, воспринимали ли они развал государства как личную катастрофу или же считали, что это закономерный итог правления большевиков. Были же разные оценки. И они остаются. В любом случае это было очень серьезное, драматическое событие, в результате которого народ, который жил на протяжении десятилетий, а зачастую и столетий, в рамках одного государства, оказался разведенным по разным государствам".

Конечно, ответственность высших официальных лиц, в том числе и за произносимые ими слова, столь велика, что семижды семь раз нужно отмерить, прежде чем раз отрезать. Но как раз 20-летие воссоединения немецкой нации (формально произошедшее год спустя после падения Берлинской стены), воссоединения, как справедливо отметил 9 ноября и именно в Берлине Дмитрий Медведев, случившегося при непосредственном и решающем - если не считать воли самих немцев, разумеется, - участии Советского Союза, дает нам повод громко заявить: через два года после того, как воссоединилась самая большая на тот момент разделенная нация Европы - немецкая, разделенным оказался еще больший по численности европейский народ - русский.

И за рубежом, и даже у нас в стране найдется немало крикливых людей, которые начнут доказывать, что немцы это одно, а русские - другое. Что геополитический казус под названием ФРГ-ГДР не имеет общих черт с геополитическим казусом СССР-РФ. Словом, что немецкое воссоединение не является прецедентом для воссоединения русских.

Что-то подобное мы недавно уже слышали от Запада - когда там объявляли независимость Косово. Дескать, случай уникальный. Прецедентом ни для каких там Абхазий и Южных Осетий являться не может. Слава богу, по косовской проблеме Россия имела принципиальную позицию. И выдержала ее до логического конца. Так не является ли странным и даже скандальным (в 90-е годы, видимо, вынужденным) то, что такой принципиальной позиции Россия не имеет по своему собственному поводу в связи с судьбой ее главного государствообразующего народа?

Совершенно очевидно, что воссоединение Германии, против которого выступали многие и на Востоке, и на Западе, не является чем-то исключительным в мировой и европейской истории. Разделенные помимо их воли народы всегда стремятся воссоединиться, и рано или поздно - даже вопреки внешнему сопротивлению - это происходит.

История не закончилась в 1989 году. Она не закончится никогда - пока существует человечество. Как показал и опыт немецкого народа, неизбежным является и воссоединение русского народа. Политики всех стран должны понимать это, а для политиков России эта цель, которая все равно будет достигнута, должна стать приоритетной.

Между обстоятельствами разделения и разделенности немецкого народа и нашим случаем много различий, но много и общего. Во-первых, сам факт разделения. Во-вторых, то, что речь идет о разделении людей вместе с землями, на которых они проживали веками (в нашем случае это означает, что данная проблема имеет отношение не ко всему постсоветскому пространству). В-третьих, и то, и другое разделение произошло помимо воли самих людей. В-четвертых, в ГДР (меньшей части Германии) оказалось примерно столько же (даже чуть меньше) по численности немцев, как русских за пределами России. То есть и масштаб "человеческой и семейной разделенности" сопоставим. Из существенных различий назову, например, такое: ту часть немецкого народа, которая оказалась в государстве ГДР, никто не пытался лишить немецкой идентичности. Никто не вынуждал эту часть немцев отказываться от родного языка и культуры, не лишал возможности получать в родной стране образование на родном языке, не подталкивал к превращению того, кто еще вчера был немцем, в лицо какой-то другой национальности.

Сходное, естественно, не означает, что решение русского вопроса (в этой его ипостаси) должно свестись к механическому присоединению к Российской Федерации некоей "русской ГДР". Но и различия не таковы, чтобы надеяться или пассивно ждать, что однажды, да еще с помощью различных "переписей населения", русский вопрос "рассосется" сам собой.

Конкретных методов решения русского вопроса я пока не предлагаю и не обсуждаю. И ясно, что сама Россия должна здесь действовать не только последовательно и решительно, но и аккуратно и ответственно. И с учетом современных интеграционных тенденций, имеющих несколько центров - как взаимодействующих, так и конкурирующих.

Но действовать - нужно. И рамками поддержки русского языка (дабы его умертвили не через 10 лет, а через 25), помощи соотечественникам (аппаратура для офисов и поездки в Москву раз в год), а также веры в то, что "европейские институты" не дадут местным националистам при власти и на марше нарушать права "русского меньшинства", ограничиваться уже нельзя и стыдно.

По-моему, стоит нам, еще раз поздравив немецкий народ с мирной победой над исторической несправедливостью, громко заявить: воссоединение самой большой на сегодня разделенной нации Европы случится с такой же неизбежностью и в не больший, чем для немецкой нации, срок.

Ну а однажды эта проблема, глядишь, и войдет во всей своей сложности и определенности в текст очередного президентского послания. Или в соответствующую официальную речь по соответствующему торжественному поводу.

Виталий Третьяков, главный редактор журнала "Политический класс" Известия

Комментарии 1
F18 лет назад
А что такое "русский вопрос"?