Рождение Балтии: верный путь развития Латвии (3)

Политика | 1 июля 2011 года, 12:53

Провозглашение независимости Латвии, Литвы и Эстонии в начале прошлого века прошло на неспокойном фоне - из-за военных действий и немецкой оккупации прибалтийская экономика была полностью дезорганизована, промышленность и часть жителей в принудительном порядке эвакуированы, кроме того, по плану Людендорфа оставшаяся часть ресурсов из Прибалтийских стран должна была быть ликвидирована. Сельское хозяйство этих стран было полностью разрушено.

1919 год - первый год независимости - не принес желаемого спокойствия и процветания, и когда территория новых государств опять стала ареной военных действий, все три страны начали борьбу за свою независимость. За период с 1914 по 1920 год миллионы солдат истоптали территорию Прибалтики вдоль и поперек.

Но это стало не единственной проблемой, так как долгие столетия экономика новых республик была частью экономики Российской империи, а рижский и таллинский порт - главными ее портами. В 1901 году Рижский порт был лидером Российской империи по обороту торговли (195,8 миллионов рублей за год), по сравнению с чем внутренний рынок новой Латвийской республики стал просто микроскопическим.

Если бы Россия сохранила свою предыдущую модель рыночной экономики, то отделение от нее Прибалтийских стран не вызвало бы проблем. Однако, СССР пытался сам себя обеспечить, сам удовлетворить свой внутренний спрос, без участия в каких-либо сделках с внешним миром, поэтому рынок сбыта для прибалтийской промышленности был безвозвратно потерян. Да и транспортная инфраструктура, в особенности порты, для Прибалтики оказались слишком большими и невостребованными.

Нельзя забывать, что при этом новым республикам было необходимо создать с нуля свою национальную валюту, золотой запас, организовать финансирование армии, полиции, госаппарата и посольств.

Кроме того, важной проблемой для новых Прибалтийских республик стал земельный вопрос. Это не удивительно – ведь большая часть жителей этих государств жило в сельской местности и работало в полях, в Латвии их процент достигал 65% от общего населения. Они еще не успели пройти курс ускоренной урбанизации, так как вопрос о земльном разделе, по сути, не был решен еще с отмены рабства, для селян он был весьма волнующим.

При изучении этого вопроса в широком историческом контексте, необходимо вспомнить, что после Первой мировой войны все новоиспеченные страны Восточной Европы – начиная с Югославии и Болгарии и вплоть до Польши с Балтийскими государствами - пережили земельную реформу. Во всех этих странах земельная реформа основывалась на одних и тех же принципах – безземельные и малоземельные крестьяне получили свой кусок за счет помещиков, чьи земли были просто захвачены. В этих реформах уже проявились зачатки первой рыночной экономики, и таким образом от Бухареста до Таллина были решены две первоочередные задачи – экономическая эффективность и социальная стабильность.

16 сентября 1920 года Латвийского Сейм принял закон о конфискации помещичьих земель, вместе с тем правительство национализировало земли, банки, крупные торговые и промышленные предприятия. Лишь 1,6% землевладельцев были немецкими баронами, однако они жили в имениях, земли которых составляли более 70 тысяч га, занимая 57% всех частных владений. В итоге, государство отобрало все земельное имущество помещиков, размеры которого превышали 50 га.

Как и в Эстонии, земельная реформа сильнее всего повлияла на благосостояние помещиков немецкого происхождения, которые были разорены и вместе с тем потеряли свое влияние. Крестьян, однако, не тронули – и даже тех, чьи земельные владения превышали государством обусловленный максимум в 100 гектаров.

На базе бывших имений создавались коллективные хозяйства, количество которых превысило 100 тысяч, две трети из которых были размером от 10 до 50 га. В 1897 году безземельные крестьяне составляли 61% от количества сельских жителей, а в 1936 году эта цифра упала до 18 процентов.

Результаты реформы пояснений не требуют: площадь обрабатываемых земель в 1923 году превысила довоенные показатели, увеличилось поголовье скота и объемы производимой на селе продукции. Латвийский бекон потребляла вся Европа, страна стала крупнейшим экспортером свинины в Великобританию, Данию, Бельгию, Германию и Нидерланды.

В годы кризиса государство субсидировало производство свинины и всячески поддерживало развитие кооперативов. Земельная реформа в странах Балтии не только спасла экономику, но и снизила в этих странах социальное и национальное напряжение.

В той ситуации, когда были разорваны все экономические связи, резко упал спрос на промышленные товары, с учетом отсутствия важных природных ресурсов, аграрная модель вытащила страну из дыры и помогла найти свое место в мировой экономике. Население было трудоустроено и страна получала стабильный доход.

После разрешения сельскохозяйственных проблем, страна смогла приступить к макроэкономике. Введение новой валюты стало необходимым, так как в 1919 в Прибалтийских странах в ходу использовались разные валюты: и рубль царской России, и деньзнак местных самоуправлений, и немецкий рубль, созданный специально для оккупированных территорий (Ostrubel), и марка (Ostmark), и немецкая бумажная марка (Papiermark). Несомненно, такой разброс не способствовал стабилизации экономики.

Латвия свою национальную валюту вводила в два этапа. В марте 1919 года правительство Улманиса приняло решение о выпуске латвийского рубля, который можно было обменять за 1,5 российских рубля. Лат был введен в августе 1922 года, и он приравнивался к 50 латвийским рублям. В сентябре этого же года был основан Национальный банк Латвии. Литва в 1922 году основала свой Национальный банк и сразу же ввела лит, который приравнивался к 175 остмаркам. В Эстонии с 1919 по 1928 год использовалась равноценная немецкой бумажной марке эстонская марка, после чего в 1928 году была введена эстонская крона, которая приравнивалась к 100 старым маркам.

Балтийские государства успешно ввели новую валюту и создали свой золотой запас. Решению этой задачи способствовала продуманная дипломатия стран и победа над большевиками. Кроме того, российские коммунисты были вынуждены выплатить новым странам часть золотого запаса царской России: Эстония получила золота на 15 миллионов рублей, Латвия – на 4 миллиона рублей, Литва – на 3 миллиона рублей. Стабильная валюта помогла странам сохранить и стабильность макроэкономическую , а также стимулировала развитие важных торговых связей с другими странами и диверсифицировать внутреннюю экономику.

В дореволюционной Риге и других крупных прибалтийских городах была создана сильная промышленность, для примера достаточно упомянуть Русско-Балтийский вагонный завод, который производил вагоны поездов, легковые и грузовые машины, сельскохозяйственную технику и даже самолеты. Завод стал одним из крупнейших машиностроительных предприятий в Российской империи.

В России Латвия реализовывала 63,5% товаров, произведенных в Курземе и Видземе, 29,5% товаров уходило на местный рынок, и лишь 7% уходило на внешний экспорт. С приобретением независимости эту модель пришлось менять. Тяжелая промышленность уступила место легкой. Теперь 80% произведенной продукции обеспечивало внутренний рынок, а экспорт в основном был связан с сельскохозяйственной продукцией. Главными пищевыми продуктами производства стали масло, сыр, свинина и древесина, позднее список пополнили сладости и шоколад. В годы независимости Латвии постепенно набрала силу и промышленность: стали развиваться предприятия, производившие радиоаппаратуру, бытовую технику и даже автомобили. Главными двигателями экономики в этот период стали завод VEF и предприятие Radiotehnika RRR.

В это время, по сравнению с СССР, уровень жизни жителей Прибалтийских стран был несоизмеримо высок. В 1939-1940 году на территорию Прибалтийских стран вторглась советская армия, которая была шокирована высокими стандартами жизни прибалтийцев.

Нужно упомянуть, что на эти 20 лет независимости Прибалтийских стран выпали страдания мировой экономики – в 1929 году началась Великая депрессия, которая тяжело ударила и по прибалтийской экономике. Латвийский экспорт снизился на половину, промышленность – более чем на треть. В тридцатых годах заметно ощущались последствия кризиса, но Европа старалась защитить своих производителей протекционистскими методами.

Небольшим странам, ориентированным на экспорт, пришлось держать серьезный удар, экономическая ситуация грозила перерости в политическую, и это побудило все три Балтийских государства ввести авторитарный режим. В результате этого в тридцатых годах государство максимально вмешивалось в вопросы экономики.

В то время президент страны Карлис Улманис предложил создание крупных монопольных акционерных обществ. Таким образом был создан и государственный Латвийский кредитный банк, своими ссудами поддержавший важнейшие отрасли экономики. Дотации были выданы для развития сельского хозяйства и экспорта, была построена Кегумская ГЭС.

Оценивая эти события сегодня, мы можем сделать вывод о том, что несмотря на неблагоприятные внешние факторы, политика экономики Балтийских государств была разумной и соответствовала ситуации. Правительство не выдвигало утопических задач и даже в самом сложном положении достигало поставленных целей. И именно поэтому следующие пятьдесят лет все вспоминают как годы процветания, к которым и хотелось бы вернуться.

(Forbes. Перевод Mixnews.lv)

*Максим Артемьев - журналист, литературный критик. Печатается в журналах Forbes, Октябрь, Митин журнал, Неприкосновенный запас, газетах Ведомости, Независимая газета. Завотделом политики интернет-журнала "Новая политика"

Комментарии 3
Дядя6 лет назад
Я даже не стал читать до конца текст. Придурак и придатель этот автор!!!
IZJA (EASY)6 лет назад
Не, ну такие буквы можно прочитать в любом посредственном дайджесте...Типо, введение в "Краткий курс истории Латвии"...

- Не поэл, к чему это? - Видать, к дождю вечером...Ога! :))
Кот Шредингера6 лет назад
Геополитический спектр автора поражает !