Любит - не любит

Эксклюзив | 16 февраля 2017 года, 20:51

Любовь — казалось бы самое деликатное, интимное чувство. Казалось что так есть и так было всегда. Что это такое, попробовали мы разобраться на Круглом столе Радио Балтком (видеозапись можно посмотреть здесь), и убедились — что сколько экспертов, столько и мнений. Серьёзных и не очень.

Но если бы все ограничивалась шутками... Ведь даже в эпатирующих на первый взгляд словах «бриллиантового знатока» «Что? Где? Когда?» Бориса Бурды о том что любовь — это болезнь , которая по счастью проходит, скрыт важный вопрос — а как называется чувство, которые приходит на смену периоду буйного помрачения рассудка?

Для физиков и химиков, а так же биологов — это комплекс реакций, которые призваны создать влечение особям разных полов для продолжения рода. Ну а если есть влечение, но цели продолжения рода уже нет? Как называть это чувство?

В разных регионах нашей планеты под словом «любовь» понимают разные вещи. Синолог, работающий в Бразилии отмечает, что любовь «по-китайски» в известной мере это исполнение долга, и лишена романтического флера. А вот у бразильцев — так прямо сплошная страсть, желания, эмоции, которые переходят в другое состояние - но которое явно любовью не назовут.

Люди разного возраста могут считать себя «пребывающими в любви», наслаждаясь спокойствием и комфортом. Любовь, оказывается может быть синонимом спокойствия. Но для кого то — это игра, бесконечный перфоманс.

Кстати, историки отмечают, что романтическая любовь в Европе появилась достаточно недавно — по времена первых крестовых походов, когда на запад Европы пришли молодые люди, которые принесли с собой негу и сказочность Востока. Впрочем — и Аль-Андалуз, на землях нынешней Испании так же был удивительным местом, где царствовали искусства и науки, и удивительная поэзия и восхваление любви.

Всего 200 лет назад, две человеческих жизни, если вдуматься, в России возникла удивительная ситуация, когда высшие классы достигли высот любви, это чувство становилось для многих смыслом жизни. И одновременно для простого народа романтическая любовь оставалась чем то совершенно непонятным, какой то барской блажью.

Когда А.С.Пушкин собирал материалы для «Евгения Онегина» он обратил внимание, что даже слово «страсть» в разных социальных уровнях понималось совсем по разному — либо как безумное желание у одних, либо как угроза, страх — у других. Вроде говорили иногда на одном языке, а смысл был разный.

Сто лет назад казалось что наступит время, когда и мужчина и женщина смогут свободно выражать свои чувства и желания. Однако очень скоро появились рамки, и свобода чувств сменилась обязанностью этих самых чувств. Затем пришла новая волна свобод- и казалось снова, что любить можно кого угодно и как угодно — но пришли новые технологические веяния и миллионы людей на планете стали любить в первую очередь самих себя и только самих себя. Даже просто секс их уже не интересует — им скучно и не хочется напрягаться. Совсем.

Поэтому вопрос любви неожиданно вновь стал становиться вопросом общественным, и в чем то- государственным. Будет кому передавать через сто лет сохраняемые сокровища национальных традиций, язык, веру предков? Или последние жители «развитых стран» растворятся в виртуальной реальности, а их место займут совсем другие люди, не столь продвинутые в вопросах индивидуальных свобод?

Может мы настроили рамок, которые ограничивают наши чувства. Или наоборот — стремясь назвать нормой все что мыслимо, мы уничтожаем особый флер романтических отношений, разрушения табу, превращения сложной, увлекательной игры в механическую, рутинную работу, которой действительно не хочется заниматься.

Или надо договориться — хочешь жить по инструкции — живи. Хочешь полигамных игр — живи жизнью шимпанзе-бонобо. А государство тут же добавит — главное, произведи на свет нужное количество работников которые будут тебя содержать на старости лет. То есть играй -но не заигрывайся.

Так что пока еще есть время говорить о любви — о ней стоит говорить. Возможно — что бы сделать свою персональную любовь еще лучше.

Комментарии