И сказал Раймонд Паулс Тетереву: "Хорошо, я еще напишу…" (1)

Эксклюзив | 19 сентября 2016 года, 08:22

Как говорится, и это все о нем. О достоянии республики. Шел он вчера из своего дома в Национальный театр, где со всемирно знаменитой оперной дивой Элиной Гаранчей презентовал шикарный альбом "Белые прятки". Встал на красный светофор, а мимо русский мужик пробегал. Посмотрел на классика: "Паулс?" "Нет!", - отрезал Маэстро. "Блиииин, а ведь как похож!"

Вот уж прав был Есенин, написавший: "Лицом к лицу лица не увидать…" А классики ходят рядом с нами, пешком. Это, конечно, повод спеть гимн Риге, маленькому прекрасному городу, в котором вечером на углу Дзирнаву и вечно ремонтируемой Кришьяна Барона можно вдруг встретить родившегося в Риге гения танца Михаила Барышникова, а в вечерней электричке, мчащей из Дзинтари в Ригу – великого скрипача Гидона Кремера (тоже рижанин). У ресторана "Винцент" вдруг встречаешь великого дирижера Мариса Янсонса, а через пару дней - идущую по парку Кронвалда на концерт Элину Гаранчу… "А ведь совсем недавно я жила на Стрелнику, - вспоминала вчера Элина Гаранча. – Ставила в молодости пластинку Джесси Норман, ее арию Нормы Casta Diva, ставила по семь раз, а потом пела я… И из двора доносилось вдруг по-русски: "Перестань выть, корова!" На самом деле это у меня такая "забавная" проблема, не только в Риге. В Вене пела дома, музыкальный сосед потом сказал: "Ну прекрати уж петь. Если бы был хотя бы бас, а тут – эх, лирическое меццо-сопрано". С тех пор пою и репетирую только в театрах. А в испанском доме у меня есть отдельный домик на окраине, в которой специальная комната «для крика», как я ее называю".

Но мы – о Паулсе и осени патриарха, который переживает третью молодость. "Я сыграл с великим дирижером Марисом Янсонсом, теперь с великой певицей Элиной! Ну что еще желать?",- говорит он и хитро улыбается. Знаем, что он желает – писать прекрасную музыку! И после уникального концерта на светском рауте, когда с подачи министра культуры Даце Мелбарде уже спели в честь отметившей 40-летие Элины "Свейкс, лай дзиво!", вышел вдруг устроитель фестиваля «Тет-а-тет», в рамках которого состоялось выступление Гаранчи и Паулса, меценат Тетерев. И говорит при всех: "Раймонд, а давай еще что-нибудь придумаем? А? Ну, давай! Смотри на мою жену, в каком она восторге, как машет руками, как возбудило ее твое творчество!" И Паулс, сказавший уже пять лет назад, что мюзикл "Марлен Дитрих" - его последний большой труд, вдруг говорит: "Вторую серию «Кентервильского привидения» в Русской драме? А давай! Хорошо, я напишу".

История творится прямо на наших глазах, золотая осень в разных смыслах – в парках, в душе, в атмосфере выдающейся культуры, которая здесь и сейчас.

"Ну, я полетела, - говорит на прощание Гаранча. – В Вену, в Мюнхен, в Нью-Йорк. Все расписано вплоть до часов, когда надо проснуться, когда бежать на самолет. Я такая птичка певчая – не могу долго сидеть на одном месте, максимум – две недели".

"А я тоже на днях улетаю", - мрачно отвечает Паулс. "Куда?" "Да в Резекне! Ха, там будет такое! Там юбилей кинорежиссера Яниса Стрейча, отметим по полной программе". Завидуй, Элина!

Десять вечера, темнеет. Из театра выходит седовласый джентльмен. "Давно это было, более полувека назад, - говорит он. - В этом театре я играл музыку к спектаклю Петерсонса «Мне 30 лет назад». В трех отделениях. И была там такая замечательная концертмейстер Браже, которая меня все время выискивала и сторожила, потому что… потому что… Потому что, как правило, после второго отделения я уже ничего сыграть не мог по вполне известной причине. Да, бывало и такое!"

Джентльмен переходит улицу Кришьяна Валдемара – еще минута и он скрывается в подъезде своего дома.

Блин, как похож!

Комментарии 1
Марк Дубовский11 месяцев назад
А я живого Шаврея видел! И тоже просто на улице, на углу Гертрудес и Авоту. Шёл, неожиданно трепетно, под ручку с седовласой мамой... Эх, эти транспортные потоки - из окна авто ни поприветствовать, ни руку пожать, ни быть представленным славной женщине!..
2