-12 марта исполнился год вашему правительству, и мы вас поздравляем с этой датой. Год, по крайней мере, был очень нелегким. Мы проводили опрос на нашем портале Mixnews.lv, и большинство респондентов ответили, что этот год был для них кошмарным. Вас не обижает такая оценка?

-В принципе, это был год самого тяжелого кризиса после восстановления независимости, 18% рецессия, резкий прирост числа безработицы. Так что я считаю, что такая оценка вполне справедлива.

-Я имею в виду, не связываете ли вы ее с собой лично?

-Уже в марте прошлого года, когда я принимал правительство, картина кризиса была полностью ясной. Еще тогда был резкий спад ВВП, резкий прирост безработицы, уменьшение предпринимательской активности, снижение кредитных рейтингов, проблемы в финансовых рынках – все это уже в тот момент было. Когда я вступал в должность, было ясно, что придется принимать кризисные решения, может, именно поэтому партии старой коалиции, которые много лет управляли государством, бросили власть в ноги и ушли. Конечно, приходилось принимать поправки к бюджету 2009 года, также 2010 года.

Каждая фискальная консолидация по 500 млн латов, что, конечно, было очень тяжелым и непопулярным решением. Но если посмотреть тот сценарий, который нам угрожал еще весной прошлого года, то самого худшего удалось избежать. Платежеспособность государства обеспечена. Если год назад у нас были действительно серьезные проблемы на финансовом рынке, то сейчас мы видим, что финансовый рынок успокоился, межбанковские ставки в предкризисном уровне и даже ниже. В принципе, сейчас самые низкие ставки Rigibor с тех пор, как Rigibor вообще подсчитывается никаких спекуляций против лата нет.

Мы также видим, что объем кредитования, ив следующих месяцах мы можем ждать прироста. К 4 четверти прошлого года уже наметились позитивные тенденции по экспорту и промышленной продукции. В январе наметился рост розничной торговли. есть первые показатели того, что ситуация начинает улучшаться.

-Сейчас вы говорите как премьер, а вы сами, как человек, как оцениваете год на этом посту? Вам сложно было?

-Конечно, это был очень сложный год, и те решения, которые утверждались, также лично очень тяжело принимать.

-А вы чувствуете, что латвийский народ вам доверяет? Когда вы пришли на этот пост, к вам не было доверительного отношения, возможно, это было связано с предыдущим правительством. Сейчас ситуация как-то изменилась?

-Восстановление доверия, конечно, очень важный вопрос для того, чтобы правительство смогло принимать решения, которые необходимы для преодоления кризиса. Но если посмотреть по опросам общественного мнения, также по разного рода рейтингам, видно, что доверие действительно повысилось.

-В своих личных ощущениях вы руководствуетесь рейтингами?

-Конечно, рейтинги – это более объективный показатель, поскольку базируется на опросе гораздо большего числа населения. Но когда я встречаюсь с жителями, то можно видеть, что отношение довольно позитивное.

-К годовщине народная партия преподнесла вам такой своеобразный сюрприз – выход из правительства. Можно, кстати, провести аналогию с главой КНАБ, ему тоже к годовщине был преподнесен такой подарок в виде скандала, но там другая история. Или, может быть, все-таки считать этот уход Народной партии в оппозицию подарком? Вот Солвита Аболтиня сказала, что работать станет даже легче.

-Что касается чисто правительства, то действительно, некоторые решения мы сможем принимать даже быстрее и оперативнее, чем раньше, когда мы работали с Народной партией как внутренней оппозицией в правительстве. Но в тех вопросах, в которых потребуется поддержка Сейма, конечно, будут более проблематичными, поскольку придется искать большинство Сейма.

Что касается действий Народной партии, то, я думаю, это было заранее запланировано, поскольку предлог, под которым они вышли на этот раз, еще менее серьезен, чем тот, под которым «народники» свалили правительство Годманиса. Я думаю, ясно, что Народная партия просто решила, что им выгоднее на следующие выборы идти с позиции оппозиции и приняли соответствующее решение. Они просто не хотят работать, отказались от ответственности, будут сейчас сидеть в оппозиции и всех умно критиковать.

-В чем вашему правительству может развязать руки уход «Народной партии»? Вы сегодня утром говорили, что сократится число министерств, например.

-Да, Новое время уже выступило с предложением о ликвидации регионального министерства, поскольку это министерство когда-то искусственно создавалось с главной целью осуществите региональную реформу, которая в данный момент более-менее работает. Особых причин дальнейшего существования у этого министерства нет. Функции можно перераспределить, а министерство спокойно упразднить.

-Если его можно было упразднить, то почему надо было ждать ухода «народников»?

-Поскольку этот пост занимал как раз представитель Народной партии.

-Я имею в виду, почему нельзя было сократить число министерств еще до того, если оно такое лишнее? Вы еще говорили про объединение Министерства здравоохранения и Министерства благосостояния.

-Что касается числа министерств, то уже в то время, когда создавалось мое правительство, мы уменьшили количество министерств с 16 до 14. Сейчас есть возможность дополнительного сокращения. Сразу хочу отметить, что реакция представителей отрасли здравоохранения, в принципе, негативная к идее объединения, так что это вопрос мы еще будем обсуждать.

-Было бы странно, если бы они радовались. Никто же не хочет потерять свое рабочее место.

-Я не говорю о чиновниках министерства, что, конечно, другой вопрос. Но как раз представители отрасти, представите больниц, врачи, против. Насколько мы знаем, по тем проблемам, которые приходится решать Министерству здравоохранения, проблемы очень серьезные и, в принципе, хорошо, что есть политическое руководство данной структуры, поскольку, если объединить с Министерством благосостояния, глава ведомства не сможет уделить должного внимания проблемам здравоохранения. В любом случае, предложение такое есть, и в коалиции его обсудят.

-Насчет проблем здравоохранения, может, ему и не придется ими заниматься, потому что у нас настолько урезано финансирование, что сами врачи говорят, что скоро в Латвии не останется «скорой помощи».

-Что касается неотложной помощи, то, с одной стороны, мы всегда слышим эти аргументы, что денег в здравоохранении нет и так далее, с другой стороны, проводится излишне шикарное строительство в больших больницах. Недавно я потребовал объяснения с госпожи Розентале. Как раз продлился конкурс на покупку «скорой помощи», где изначальная сумма была предусмотрена 21 млн, в конце концов, получился, 31 млн. переплата в 10 млн латов только на один конкурс.

Если такого вида конкурсы с большой наценкой не проводить, то только на одном конкурсе можно сэкономить 10 млн латов. Так что всегда, с одной стороны разговоры о том, что средств не хватает, с другой стороны, мы видим, как средства расточаются в этой отрасли.

-Вы уже вчера сказали, что правительство готово работать в меньшинстве и будет опираться на оппозицию. В качестве примера было названо сотрудничество с ЛПП/ЛЦ. Либо их позовут в правительство, либо будут пытаться как-то осуществлять контакт на уровне каких-то договоров. Как может «Новое время» звать в правительство партию, которые еще недавно обменивались такими резкими заявлениями. Причем лидер ЛПП/ЛЦ Айнар Шлесерс не раз говорил, что правительство Домбровскиса должно уйти в отставку, оно непрофессиональное и так далее. Такая позиция Нового времени – это политическая неразборчивость или шаг отчаяния?

-Ну, во-первых, я бы хотел заметить, что в то время, когда мое правительство создавалось, мы вели очень серьезные переговоры с ЛПП/ЛЦ об участии этой партии в коалиции. В принципе, руководство той партии было очень близко к согласию. Так что здесь опираться на какие-то заявления не вижу смысла.

Если посмотреть на то, какие заявления все время были между Народной партией и Новым временем, то получалось, что мы не могли вообще вместе работать, но мы знаем, что год Народная партия проработала в моем правительстве, в свое время наша партия работала в правительстве Калвитиса, то есть некоторое сотрудничество возможно, несмотря на всякого рода заявления. Действительно, когда меняется политическая ситуация, то и такого рода заявления очень часто меняются.

-С одной стороны да, но, с другой стороны, вот вы говорите, проработали год с «народниками» в одном правительстве, но вы постоянно сидели на пороховой бочке, потому что последний раз своим голосованием они чуть было не сорвали договор с международными кредиторами и спасло вас именно ЛПП/ЛЦ.

-Да, я думаю, что это дополнительный аргумент для того, чтобы мы вели переговоры с ЛПП/ЛЦ, поскольку они действительно в этом голосовании показали, что они более конструктивны, чем Народная партия.

-Получается, можно сказать, что они заслужили свое приглашение в правительство?

-В любом случае, Новое время это предложение уже озвучило. Завтра у нас предусмотрена встреча с ними. Теперь это уже их решение, входить в коалицию или нет. Если они входят в коалицию, то очень хорошо, если нет, то возможны и другие формы сотрудничества.

-Насколько мы созванивались с ЛПП/ЛЦ, они не очень горят желанием войти в правительство, и заявили, что «мы не побежим по первому же свистку». Есть шансы, что вы все-таки останетесь в меньшинстве и тут уже никаких гарантий, кто и за что проголосует по каким-то ключевым важным вопросам?

-Да, мы также рассматриваем модель правительства меньшинства. То, что сейчас действительно важно, это обеспечить финансовую стабильность государства и должна быть поддержка большинства Сейма для тех ключевых вопросов, которые обеспечат финансовую стабильность, поскольку если сейчас пойдут какие-то голосования понизить какие-то налоги или повысить расходы в каких-то сферах, то мы очень быстро создадим проблемы в бюджете вплоть до приостановления программы международного займа со всеми вытекающими негативными последствиями для финансовой стабильности и макроэкономического развития.

Здесь у нас есть пример – это опыт Украины, где также проходили президентские выборы, и политики начали принимать якобы популярные решения, что кончилось это приостановлением программы МВФ, что привело к хаосу на финансовом рынке и к соответствующему ухудшению экономической ситуации. Это как раз тот сценарий, который мы должны избежать.

Мы знаем, что уже в принципе 3 оппозиционные партии заявили, что готовы поддерживать правительство в вопросах финансовой стабильности – это ЛПП/ЛЦ, это Центр Согласия и также сама Народная партия. Но стоит помнить, что одно дело - заявления, другое - практическая деятельность. Это самый главный вопрос, с которым я иду на переговоры с оппозиционными партиями.

-То есть будут ли они поддерживать именно в этих вопросах?

-Да, я думаю, что это сейчас ключевой вопрос.

-С Народной партией вы тоже будете разговаривать?

-Да, конечно, я также готов к разговору и с Народной партией, самое главное для нас сохранить финансовую стабильность. Если мы опять введем страну в хаос, я думаю, от этого пострадают все.

- Лидер партии «Новое время» Солвита Аболтиня сегодня сказала, что она не доверяет «Народной партии», несмотря на все ее заявления о поддержке правительства.

-Как я уже сказал, заявление - это одно дело, практическая деятельность – это другое дело. Именно поэтому мы будем вести переговоры с партиями, и смотреть, сможем ли мы добиться более конкретных результатов.

-То есть несмотря на то, что Народная партия уже неоднократно показывала свое поведение, вы все равно готовы продолжить переговоры и рисковать?

-В данном случае, вести переговоры уже как с оппозиционной партией. что касается вообще Народной партии, состав Сейма такой, какой есть. В то время, когда прошли выборы, для Нового времени это тоже был вопрос. Если посмотреть на состав Сейма, понятно, что или мы можем идти на переговоры с теми партиями, с которыми у нас очень большие проблемы в сотрудничестве, или просто уходить в глухую позицию. Но мы еще в самом начале выбрали свой путь.

Мы ведем переговоры при необходимости влиять на принимаемое решение и продолжаем это делать и сейчас. Конечно, состав этого Сейма, по-моему, крайне неудачен. К тому же, приближаются выборы следующего Сейма Еще не известны результаты судебных исков по поводу кампаний позитивизма той же самой Народной партии. То есть этот созыв Сейма уже заканчивает свою работу, а мы до сих пор не знаем, насколько легитимно она прошла на выборах.

-Правительство меньшинства – это такой печальный опыт для Латвии. Прошлое правительство меньшинства, это Эмсис, просуществовало 9 месяцев. Вы не опасаетесь повторения сценария или уже все равно, потому что выборы впереди?

-Самое долгое время, которое может просуществовать это правительство, - до выборов, до конца октября, пока не будет создано новое правительство.

-Я имею в виду, возможно, вот тот же Эмсис, только вот в более скоротечном варианте.

-Я бы здесь прямых параллелей не вел, поскольку правительство Эмсиса было свалено также Народной партией, которая голосовала против бюджета, который подготовил министр финансов Народной партии. То есть полный абсурд. В этом случае, мы знаем, что новый бюджет будет уже принимать новое правительство и новый Сейм. Мы, конечно, проведем все подготовительные работы, но само решение будет приниматься новым правительством и новым Сеймом. то есть повторения такого сценария мы здесь не видим.

-Господин Домбровскис, вот вы перечислили те партии, с которыми вы готовы, скажем так, сотрудничать в качестве оппозиции. А почему вы старательно избегаете ЗаПЧЕЛ?

-Конечно, мы также будем вести переговоры и сотрудничать с этой партией. Когда я создавал правительство, тоже с ними встречался, и сейчас тоже будет запланирована встреча. Сейчас наиболее перспективно выглядят переговоры с ЛПП/ЛЦ и Центром Согласия, но это не значит, что мы проигнорируем другие партии.

-Министр финансов Эйнар Репше, тоже представитель Нового Времени, заявил, что уход «народников» ставит под угрозу кредитные рейтинги Латвии. Некоторые представители вашей партии говорят, что угрозы нет, другие говорят, что есть. Само Новое время уже определилось со своей позицией по этому вопросу?

-Что касается рейтингов, то этот вопрос напрямую связан с вопросом о финансовой стабильности. Именно поэтому это первоочередной вопрос в переговорах с политическими партиями, то есть если будет ясное подтверждение со стороны партии оппозиции, что решений, которые могли бы создавать проблемы с бюджетом и, соответственно, с вопросом финансовой стабильности государства, не будут приниматься, тогда, я думаю, рейтинги не пострадают. Если оппозиционные партии пойдут по пути популизма, то тогда смогут пострадать и кредитные рейтинги.

-А международные партнеры уже проявили какое-то беспокойство по поводу ситуации в правительстве? С вами уже связывались по этому вопросу?

-Конечно, сеть некоторый интерес. Мы уже представили всю информацию международным партнерам, но пока сильно озабоченности в нашем вопросе нет, поскольку уже после голосования в Сейме о продолжении программы международного займа было ясно, что с Народной партией нельзя считаться, как с серьезным партнером.

Это видели также представители Еврокомиссии и МВФ, так что особых новостей здесь нет. И уже несколько недель назад господин Заланс, председатель народной партии, заявил, что народная партия уже де-факто не находится в коалиции, но вчера они оформили это де-юре.

-Звонок в студию:Вот я слышал в начале, какое положительно-поступательное движение у нас идет в развитии экономики. Я бы хотел верить, но, вы знаете, не могу, потому что, зная, что происходит в государстве, в госучреждениях. У нас чиновничество поражено синекурой, причем безответственной и малокомпетентной во многом части. И все это от неправильной идеологии. Надо как-то по-другому это решать, необходимо создать благополучную ситуацию, чтобы Латвия могла положительно развиваться.

-Что касается чиновничество, то это был один из отдельных больших вопросов, которыми мы занимались в прошлом году. Мы знаем, что в определенные годы количество чиновников резко прирастало, также создавались все новые бюрократические процедуры, которые действительно тормозили возможности бизнеса и других отраслей. Мы уменьшили количество работников в бюджетных учреждениях более, чем на 14 тыс.

Конечно, осталось еще довольно много, но те сокращения, которые мы сделали, оно, в принципе, довольно серьезное. Центральные аппараты министерств мы, в среднем, уменьшили на 30%. Число агентур мы уменьшили наполовину, то есть произвели действительно серьезные сокращения. Среднюю зарплату в госучреждениях уменьшили на 28%. Это январь этого года по сравнению с январем прошлого года. Также мы идем по административным процедурам как раз с целью облегчения принятия решений по всем отраслям.

-Реструктуризация банка Parex-очень важный вопрос для налогоплательщиков. Когда Новое время приходило к руководству в правительстве, вы очень тогда критиковали премьера Ивара Годманиса за то, что все делалось под таким страшным секретом, и обещали открытости во всех отношениях. Почему тогда такой вот архиважный для налогоплательщиков вопрос обсуждается за закрытыми дверьми?

-Вопрос, конечно обсуждается на закрытых заседаниях правительства, поскольку это затрагивает, как коммерческую тайну, а поскольку банк готовится к продаже, не все эти вопросы можно публично обсуждать. Во-вторых, что касается уже принятых решений, то, по возможности, те решения, которые не содержат коммерческой тайны, мы их публикуем. Эта информация доступна.

Кроме того, я дал указание тем министерствам и ведомствам, которые принимали решения по засекречиванию решения предыдущего правительства или Банка Латвии или комиссии по финансам и капиталу, по возможности, эти решения рассекречивать. Целый ряд документов уже рассекречен. Он доступен на вэб-сайте Министерства финансов.

На этой неделе мы выслушали информацию финансовых консультанов, Банка Латвии, Министерства финансов, Приватизационного агентства, и на следующей неделе примем принципиальное решение о модели реструктуризации.

-Все институции, которые вы только что перечислили, поддерживают план фирмы-консультанта Nomura. А другие мнения были выслушаны?

-Выслушивались два основных варианта. Первый предлагается финансовыми консультантами, и он поддерживается, как Банком Латвии, так и комиссией по финансам и капиталу, Министерством финансов. Это так называемый план good out, то есть с вынесением хороших активов, с созданием нового банка.

Эта модель сопоставлялась с вариантом bad out, т.е. с вынесением плохих активов и созданием «плохого» банка. Оба варианта обсуждались, но мы видим, что финансовые эксперты отдают предпочтение первой модели. Обе возможности продолжаем обсуждать и сопоставлять, какой вариант лучше соответствует интересам государства.

-В принципе, это одни финансовые консультанты, которые, по доступной информации, лоббируют только этот вариант, то есть второй вариант как-то не виден и не слышен.

-Второй вариант, конечно, обсуждается, но со стороны финансовых экспертов большой поддержки этому сценарию нет. Я считаю, что нет особой необходимости не доверять всем консультантам, занимающимся этим вопросом. Среди министров решение будет приниматься на следующей неделе.

-Но есть и другие мнения, которые также освещаются в прессе. И по мнению другой части экспертов, предложенный Nomura вариант ведет к банкротству Parex banka.

-Эта информация как раз не соответствует действительности. Ни один из рассматриваемых вариантов не ведет к банкротству «хорошего» или «плохого» банков. В любом случае, даже плохой банк создается при достаточной капитализации, идет на постепенную ликвидацию, а не на банкротство. Ликвидация и банкротство - это совсем разные вещи. Банкротство – это тот процесс, который случился бы с банком Parex без вмешательства государства.

(Интервью опубликовано в сокращении. Полностью интервью с Валдисом Домбровскисом можно услышать в рубрике "Подкасты" в программе "Разворот" за 18 марта)