Ринкевич: восточные европейцы имеют право знать "другие новости" (ИНТЕРВЬЮ) (10)

фото

Политика | 13 января 2015 года, 16:07

Страны Восточной и Западной Европы понимают свободу слова по-разному, что зачастую играет ключевую роль в их искаженном восприятии информации – в связи с этим жители ЕС, а также стран "Восточного партнерства" должны быть обеспечены максимально широким количеством мнений в СМИ. Об этом в интервью журналисту радиостанции "Эхо Москвы" Ольге Бычковой заявил министр иностранных дел Латвии Эдгар Ринкевич, побывавший с визитом в столице России.

Бычкова: Добрый день, господин министр. Вы в Москве буквально на полдня. Вы приехали из Киева, как я понимаю, и сейчас в Москву?

Ринкевич: Через Ригу, скажем так, я еще побывал в Риге. Ну да, я в субботу был в Киеве. Сегодня в Москве. И тогда уже через неделю в Брюсселе.

Бычкова: Это маршрут понятный для министра иностранных дел Латвии. О чем шла речь в Киеве, и с какими выводами, может быть, решениями, может быть, с предложениями вы сейчас прилетели в Москву?

Ринкевич: Во-первых, мы обсуждали, конечно, вопросы, которые касаются сотрудничества Евросоюза с Украиной. Так называемая программа "Восточного партнерства". Говорили о том, что украинская сторона хотела бы видеть, скажем, как некоторый результат Рижского саммита, который пройдет в мае этого года. Мы согласились, что надо много работать над либерализацией виз, над конкретной помощью Украине в плане введения норм договора об ассоциации. Это уже не только деньги, но и помощь советом тоже на экспертном уровне. Говорили, конечно, и о ситуации на востоке Украины, говорили о тех усилиях, которые предпринимаются так называемым "нормандским форматом". Сегодня еще вечером состоится следующая встреча министров иностранных дел Украины, России, Германии и Франции. Говорили тоже о том, что в принципе, да, еще очень много неразрешенных вопросов. Но, что для меня главное, мы видим, что уже были некоторые достижения: и так называемые Женевские соглашения, и Минские соглашения. Но, в принципе, самое главное, чтобы они исполнялись, не только мы хорошо говорили.

И здесь в Москве, конечно, тоже был целый комплекс вопросов, начиная опять с востока Украины. Мы заслушали тоже видение наших российских коллег.

Бычкова: И, что они вам сказали – что все хорошо?

Ринкевич: Я думаю, что "все хорошо" - не говорит никто. У меня тоже есть, конечно, контакт с моими коллегами в Евросоюзе. С германским министром иностранных дел мы часто тоже созваниваемся и, конечно, все понимают, что надо решать целый комплекс вопросов, где есть ответственность и Российской Федерации и Украины, но есть, конечно, ответственность и Евросоюза. Я вижу, что еще много предстоит работы, чтобы достичь соглашения по демаркационной лини между так называемыми Луганскими и Донецкими народными республиками и силами безопасности Украины. Мы видим, что там сейчас огромные разногласия сейчас. Мы видим то, что конфликт можно урегулировать только когда Украина возвращает контроль над российско-украинской границей. Мы видим, что прогресс будет возможен только тогда, когда в Украине будут проведены конституционные реформы, которые уже записаны, конечно, в минских соглашениях. Есть целый ряд и экономических и гуманитарных вопросов.

И, в принципе, мы, конечно, видим, что сейчас довольно много разногласий. И есть некоторые позитивные сдвиги, но, с другой стороны, мы видим опять, как праздники заканчиваются, так начинается опять… я не хотел бы говорить, уже полномасштабная военная какая-то операция, но мы видим, что – и нам это говорят украинские коллеги, ¬ что начинаются опять обстрелы. Мы слышим то же самое с той стороны. Но в принципе я бы не сказал, что ситуация сейчас такова, что мы можем очень радоваться большим успехам и прогрессу.

Бычкова: Было предложение – вы тоже об этом сказали – о либерализации виз для граждан Украины, как я понимаю, для облегчения въезда граждан Украины в Шенгенскую зону. Насколько, в свете того, что вы перечислили, всех этих событий и проницаемости границ всевозможных, несколько это предложение, вообще, реалистично? Оно ведь выглядит очень фантастическим.

Ринкевич: Во-первых, это в опрос целого ряда технических мер, которые должны приниматься странами, которые хотят получить эту программу визовой либерализации. Такие же надежды есть тоже у Грузии. То, что мы сейчас обсуждали и в Киеве, и, когда на прошлой неделе в Риге встречалась Еврокомиссия с латвийским правительством – у нас есть такой формат во время председательствования, когда все комиссары Евросоюза встречаются с министрами страны-председателя Евросоюза. Мы, конечно, говорили о том, что есть очень много технических вопросов, в том числе, начиная с биометрических паспортов. Это то, что Украина сейчас вводит. Ну, и, конечно, вопросы законодательства, вопросы контроля, ряд миссий и тому подобное.

Я бы сейчас сказал так. У нас есть еще время, и если Украина выполняет все технические критерии, я не вижу никаких препятствий, чтобы вводить.

Бычкова: Это, когда может, например, случиться?

Ринкевич: Это уже зависит от самой Украины.

Бычкова: В этом году, в следующем, через 10 лет?

Ринкевич: Мы можем принять решение на Рижском саммите и вводить… уж не в таком отдаленном будущем, но опять это во многом сейчас зависит от того, как проработают эти вопросы наши украинские партнеры. Мы об этом говорили, мы говорили, что это решение будет, конечно, отчасти политическим, но и отчасти техническим. Конечно, мы должны тоже понять, что да, вы абсолютно правы – будут вопросы по целому ряду, скажем, проблем, но мы должны тоже и понять, что в принципе, если страна-партнер Евросоюза выполняет критерии, то это было бы абсолютно неправильно со стороны Евросоюза - выдвигать еще какие-то дополнительные критерии. Это неправильный путь. Так что пока я бы воздержался от точного прогноза. С моей стороны, я хотел бы сказать, что мы были бы рады тому, что наши партнеры такие, как Грузия и Украина становились частью программы визовой либерализации, но многое зависит от них.

Бычкова: Есть еще один вопрос, который вы собирались обсуждать со своими коллегами в Евросоюзе. Это 9 мая и визит главы латвийского государства в Москву для участия в торжествах 9 мая. Какие доводы за и какие доводы против?

Ринкевич: Я бы хотел этот вопрос поставить 19 января. Я думаю, что Совет министров иностранных дел должен обсудить этот вопрос – участие главы государства Евросоюза или неучастия или какой-то особого представителя. Я думаю, у нас еще есть время. Я бы не хотел сейчас вдаваться в какие-то подробности, потому что президент Латвии свое решение примет в соответствии с консультациями в рамках Евросоюза, и конечно, я думаю, что огромную роль в принятии того или иного решения не только в Латвии, но и Евросоюзе в целом будет играть, конечно, развитие ситуации в ближайшие три-четыре месяца, которым нам еще остаются, и в Европе в целом и на востоке Украины.

Бычкова: То есть вы хотите сказать, что это будет зависеть от тех действий, которые предпримет Россия?

Ринкевич: Я думаю, что мы этот вопрос еще будем обсуждать, возможно, не один раз. Я думаю, что это будет не очень простая дискуссия. Я бы не хотел сейчас забегать вперед с какими-то доводами за и против или оценками, но, конечно, что общий настрой климата в Европе будет играть решающую роль.

Бычкова: То есть, на сегодняшний момент все-таки сомнений больше?

Ринкевич: Я думаю, что на сегодняшний момент, конечно сомнений достаточно, и, конечно, уже в моей стране Латвии уже довольно живо этот вопрос обсуждаются. И, конечно, на данный момент мы думаем, что все же самое важное, что мы должны сделать, это все же и тоже по вопросу 9 мая выступать как единый союз, Евросоюз, и решить этот вопрос совместно, чтобы 28 членов Евросоюза договорились об общим направлениями по этим вопросам, потому что все же это не только исторические факты, историческое событие, но это, конечно, в некоторой степени тоже политический жест. И, как вы знаете, Европа отмечает конец Второй мировой войны, разгром фашизма 8 мая. И это, конечно, будет отмечаться. Это будет отмечаться и в Риге, и в Брюсселе, и в Париже. Но сейчас тоже ситуация тоже непростая. И, я думаю, вопрос еще будет обсуждаться. Я бы не хотел сейчас в январе, зная, как иногда ситуация развивается бурно, забегать с прогнозами о том, что случится через некоторое время.

Бычкова: А разве руководители Литвы и Эстонии уже не сказали, что они не поедут?

Ринкевич: Есть по тональности немножко, скажем, разные высказывания. Мы знаем, что некоторые главы государств Евросоюза сказали, что не поедут, некоторые думают, некоторые думают, что надо ехать. Но, как я уже сказал, здесь я бы хотел видеть более единый подход. Посмотрим, удастся или нет, потому что прелесть Евросоюза и в том, что, с одной стороны, мы, конечно, пытаемся разрабатывать единую политику, но у каждого государства есть и возможность довольно жестко или повлиять или, скажем, вопрос повернуть в некоторую другую направленность. Поэтому, я думаю, что надо этот вопрос, вопрос единой восточной политики в целом и этот особый вопрос 9 мая обсуждать в контексте наших отношений с Россией, в контексте событий.

Бычкова: Когда это будет решено, вы считаете?

Ринкевич: Я пока затрудняюсь сказать, я думаю, что это может занять некоторое время, но у меня нет каких-то конкретных дат.

Бычкова: А, расскажите, пожалуйста, про этот телевизионный канал для вещания на русскоязычную аудиторию в странах восточного партнерства, Евросоюза, инициатором которого называют, в том числе, и Латвию. Что это за идея, скажите, зачем это нужно?

Ринкевич: Мы много работаем и говорим с нашими партнерами в Евросоюзе о том, что, с одной стороны, мы видим довольно большие инвестиции российской стороны в такие каналы, которые вещают и на английском языке, RussaiToday сейчас уже, если память не изменяет - и на испанском, и на немецком и еще будут. Мы видим тоже большие инвестиции в вещание и на русскоязычные общины не только стран Балтии, но и общин во всем Евросоюзе. Но мы не всегда согласны с трактовкой, постановкой некоторых вопросов.

Бычкова: Например.

Ринкевич: Я думаю, что то, что мы иногда видим по телевидению по ситуации в Украине, некоторые уже довольно известные сюжеты о мальчике, который погиб некоторое время назад, а потом такой классический вопрос "а был ли мальчик", и вообще, было ли это? Когда мы видим довольно жесткую уже антиевропейскую риторику, и мы не говорим о контрпропаганде, но мы говорим о канале, который должен функционировать и как канал развлечений – ну, как нормальный канал, - и где есть все же информация, новости, которые даются без какой-то пропаганды или контрпропаганды, а просто по той мере, в какой мы можем сказать все же аккуратная информация без комментариев, просто новости. Конечно, это трудно, потому что вы, как журналистка, хорошо понимаете, что вы даже новости можете подать, даже если это голый факт, немножко в том или другом акценте. Я думаю, что над этой неделей надо подумать, надо проработать.

Бычкова: Значит ли это, что настроения русскоговорящей аудитории в этих странах восточного партнерств и, вообще, в Европе, они являются для вас источником беспокойства?

Ринкевич: Мы, конечно, обеспокоены некоторыми тенденциями, которые мы видим. И, конечно, я думаю, что мы можем работать, я бы сказал, не закрывая, не прекращая показ некоторых каналов, но все же показать, что есть альтернативы. Я знаю, что есть много русскоязычной аудитории. Если она сама захочет, то она найдет информацию или в интернете, или послушав или посмотрев радиостанции или радиоканалы. Но есть и такие люди, которые больше, конечно, заинтересованы в сериалах, так называемых мыльных операх. Да, возможно, где-то в 6 часов, или в 8 часов, или в 10 часов вечера – новости – "ну, посмотрим, пока жду следующую передачу спортивную или развлекательную". Так что, я думаю, мы все же должны охватить не только тех, которые сами активно ищут информацию, но и тех, которые, возможно, будут заинтересованы развлечениями, но вместе с тем будет создаваться и альтернатива.

А потому это тоже важно, что люди должны сами решить, кому верить, кому нет, но то, что мы видим, что сейчас уже однобоко идет.

Бычкова: А, что вас, собственно, беспокоит в этой аудитории? Что она может превратиться в какую-то враждебную силу или, что она может быть использована каким-то неожиданным образом? В чем проблема?

Ринкевич: В принципе, я думаю, что все же базовые ценности некоторые отличаются, это мы видим.

Бычкова: Чьи?

Ринкевич: Что мы видим, сейчас, что доминирует в Европе, но и все же некоторые ценности по поводу свободы слова, свободы свободно проводимых акций и тому подобное. Во-вторых, все же мы немножко, конечно, обеспокоены тем, как некоторые события сейчас освещаются. Теракт во Франции. Мы не можем его так однобоко смотреть, что это только проблема того, что интеграция не прошла хорошо. Это, конечно, большая проблема, но сейчас связывать, уже некоторые делают, с какими-то даже антиисламскими сантиментами. Это тоже неправильно.

Бычкова: А, какая проблема? Почему это должно кого-то беспокоить, как это освещается в России. Ну, не важно – важно, как это освещается в Европе. Нет?

Ринкевич: Я во-первых, говорю, что этот канал работает в рамках Евросоюза, нацелен на российские… даже не российские, а русскоязычные…

Бычкова: Вы сейчас про какой канал говорите?

Ринкевич: Я говорю о том канале, о котором мы начали говорить, который мы хотели бы создать. Но это еще надо решать. Это еще деньги и вопрос воли, но если мы говорим об этом канале. А о том, что мы видим, что российские каналы свободно доступны тоже в принципе на территории Евросоюза, и что некоторая и интересная информация проходит, это уже тоже отдельный вопрос.

Бычкова: Евросоюз, например, Мая Косьянчич, руководитель внешнеполитической службы ЕС сказал, что пока нет у Еврокомиссии конкретных предложений и планов на этот счет.

Ринкевич: Конечно, потому что, чтобы Еврокомиссия создавала такие планы, комиссия должна получить поручение Совета.

Бычкова: А, когда оно может быть обсуждено и получено?

Ринкевич: Вот это один из вопросов, который я буду ставить 19 января, как один из элементов общего, скажем, стратегического видения Евросоюза по отношению и к России и в целом, так что, я думаю, что это будет дискуссия. И мы должны проработать… получит ли поддержку такое предложение. Я знаю, что есть некоторые страны, которые это поддерживают; некоторые, которые готовы подумать, но есть некоторые, которые не относятся к тем, которых бы я причислял к отрицательно относящимся, но которые довольно пока равнодушно пока реагируют. Так что это вопрос еще будет обсуждаться и на уровне министров, и тогда уже, если получим согласие, то уже комиссия должна будет проработать и конкретные предложения.

Бычкова: Спасибо вам большое!

Комментарии 10
конструктор1 год назад
Ну как же, как же, посматриваем и PANORĀMU,
И этот лживый примитив можно называть НОВОСТЯМИ?
Хвастовство, русофобия, сплетни, вот ваши новости!
ИСТОРИЯ УСПЕХА,
и1 год назад
Во как.Когда во Франции убили несколько уродов,для которых не существовало понятия нравственности,вся Франция выступила в маршах.Когда в Одессе сожгли людей,выступивших против этой незаконной власти,Европа на это не обратила внимания.Когда эта падла Порошенко с улыбочкой и поднятой в победе рукой,шествовала в Париже,его вооруженные силы обстреливали Донецк.Когда ты сдохнешь,сволочь?
дядя Сэм1 год назад
Юрмала потеряет 17 миллионов евро из-за переноса «Новой волны»