Погибшего сотрудника KNAB искали два часа

До сих пор не ясны окончательные причины гибели латвийского парашютиста — сотрудника KNAB, который разбился 16 августа в Игналинском районе Литвы, пишет газета «Телеграф». Как уже сообщалось ранее, по одной из версий, трагедия произошла из-за устаревшей системы парашюта, которым пользовался погибший. Однако его товарищи, прыгавшие в тот день вместе с ним, опровергают это предположение.

«Систему парашюта, с которым прыгал Виктор, собирали сертифицированные инструктора, она прошла технический осмотр, и если были бы обнаружены при этом какие-то неполадки, то с таким парашютом человека не допустили бы до прыжков, — рассказывает председатель правления Клуба экстремальных видов спорта Юрис Тейванс. — Все страхующие приборы ежегодно проверяются в барокамере, и при необходимости в них заменяются ненадежные детали, так что говорить о том, что была устаревшая или нерабочая система, нельзя. То же касается и непосредственно парашюта — он соответствовал всем необходимым требованиям».

При том, что в Литве члены Клуба экстремальных видов спорта прыгали как частные лица, они опровергают информацию, что их клуб разогнали из-за якобы частых ЧП и получаемых парашютистами травм. «За четыре года у нас совершено более пяти тысяч прыжков и не было ни одного перелома, за исключением случая в прошлом году, когда парень сломал позвоночник, — говорит Тейванс. — Но расследование показало, что парашютист сам неправильно повел себя в сложившейся ситуации, и криминальное дело было закрыто. Что касается случая приводнения в Даугаву, то это не было какое-то ЧП — у нас постоянно отрабатываются внештатные ситуации, в том числе и приводнения. В воду тогда попал опытный спортсмен — так получилось».

Напомним, что директор Агентства гражданской авиации Марис Городцов сообщил ранее Телеграфу о прекращении деятельности клуба и, в частности, о запрещении прыжков на аэродроме Spilve, как раз по причине недостаточного внимания, уделяемого безопасности. Однако официального запрета Тейванс, по его словам, не получал. «Мы направили официальное письмо господину Городцову с просьбой прокомментировать сказанное им, но пока не получили ответа, — говорит он. — На самом деле нам там прыгать никто не запрещал, нам просто не продлевают договор аренды поля, но это уже другая история, не имеющая отношения к безопасности прыжков».

Вспоминая события того трагического дня под Игналиной, Тейванс рассказывает: «Система страхующего прибора, с которым прыгал Виктор, рассчитана на то, что прибор открывает запасной парашют только в том случае, если человек находится в бессознательном состоянии. Но если Виктор вытащил вытяжной парашют, значит, он был в сознании. Возможно, ему стало плохо уже после того, как он вытянул вытяжной парашют, тем самым отключив страхующий прибор. Ну а основной парашют не вышел, может быть, потому, что тело обмякло, и парашютист перевернулся спиной вниз, а в таком случае основной парашют не раскроется. Однако невыпуск основного купола — это не та ситуация, которая должна приводить к трагедии. Есть четко расписанные правила, которые позволяют остаться человеку живым».

По словам Тейванса, нашли тело погибшего только спустя два часа: никто не видел его падения — ни с воздуха, ни с земли. Сейчас литовской полицией проводятся экспертизы, результаты которых, возможно, дадут разгадку гибели человека.

Комментарии