-Учебный год уже начался. Пора подводить какие-то предварительные итоги. Прежде всего, того, что произошло с Рижскими школами, которые в последний момент было решено или закрывать или объединять? Как этот болезненный процесс прошел?

-Процесс действительно очень болезненный. И, прежде всего, потому, что правительством были приняты решения об оптимизации школ в последний момент, накануне учебного года. Ни в коей мере этого нельзя было допускать. Да, оптимизация необходима, согласная с этим на 100%. Но все, что касается школ – будут ли они объединены или какие-то другие изменения – об этом надо было сообщить в крайнем случае в апреле. Учителя должны были знать, что они будут делать 1 сентября, кого и где будут учить, или будет ли вообще у них работа, поскольку, согласно статистике, только в Риге в результате реорганизации работу потеряли 303 педагога. Но эти люди о том, что остались без работы, узнали буквально в конце августа. Причина – очень существенно были подняты ставки. Хотя аргументация и правительства и МВФ вполне заслуживала внимания – у нас на каждый 6 учеников 1 учитель. Это слишком большая роскошь. При этом в Эстонии на 30 учеников 1 учитель, Литве на 11 учеников – один учитель. И нормально, что нужно было оптимизировать количество учителей. Но ненормально то, что местные самоуправления должны были сделать это в течение двух недель. Для этого был необходим тщательный анализ, необходимо было поговорить со всеми педагогическими коллективами, нужно предусмотреть финансирование, а также продумать, что можно предложить педагогам, которые останутся без работы.

Оттого, что всего этого не было и состоит острота проблемы, ее боль. Я сама педагог, 18 лет проработала в школе, потом долгие годы работала в министерстве образования на всех постах, кроме министра. И, естественно, эту систему знаю. Даже когда работала в Управлении натурализации, не упускала из своего внимания школы. Так что, можно сказать, что за тем, что творится в образовании, я все время следила. Единственное, что мы пытались все же справедливо подойти к этому вопросу. И те школы, о которых говорят, что они ликвидированы – это неправильно. Это юридическое закрытие учебных заведений. На самом деле, все ученики просто переведены в другие школы. А сейчас мы будем решать, что делать с оставшимися зданиями. Они не будут стоять закрытыми.

Как известно, у нас большие очереди на детские сады. У нас при оптимизации школ было 4 основные принципа: мы освобождали те учебные заведения, которые были построены для дошкольного воспитания. Сейчас, после того, как школы покинули эти здания, тут вновь появятся дошкольные учреждения. Еще один повод для закрытия школы – те учебные заведения, которые находились в здании частника или на земле, которая принадлежит хозяину. За это Рижской думе приходилось платить огромные деньги. Была даже рекордная ситуация, когда за аренду здания приходилось платить 100 тысяч в год. Кроме того, применялся и принцип объединения ряда администраций школ, чтобы получить и в этом экономию. И последнее, учитывалось обстоятельство, если рядом находятся две школы, каждая из которых не заполнена даже наполовину. Всем ясно, что содержать штат учителей, администрацию, технических работников – просто неразумно.

-Думается, в процессе оптимизации школ, самым главным стали и судьбы учителей, которые потеряли сейчас работу. ведь их в Риге, как вы сказали, более 300 человек? Может ли самоуправлением им помочь?

-Эти учителя могут в данной время получать стипендии, кроме того, могут стать самозанятыми лицами. К примеру, заняться репетиторством.

-Но это удастся далеко не всем. Не будет же бывший учитель, 40 лет проработавший в школе, открывать курсы кройки и шитья?

-Ну, почему, особенно, если он в школе преподавал что-то подобное. Но все равно, естественно, людям обидно. Особенно когда учителя поставлены в ситуацию, когда за ставку они получают, на мой взгляд, унизительно мало - 250 латов до вычета налогов. Но в то же время самоуправление думало о том, чтобы в городе Риги и детей и учителей не лишить тех льгот, которые были.

В начале учебного года учителя получили 50 латов в связи с началом учебного года, для них остались небольшие надбавки к зарплате, которые они будут получать в течение всего года. И мы установили им совершенно новую льготу – 50% стоимость проезда на какой--то один маршрут общественного транспорта в рабочие дни.

-Это для работающих учителей, а для неработающих?

-У них, к сожалению, остается только стипендия и пособие, которое они будут получать какое-то время на Бирже труда. Конечно, каждый должен думать, как ему жить дальше, что предпринять. Надо сказать, что школа тоже меняется. Как известно, к сожалению, многие уезжают сегодня на заработки за границу. И учителя, в том числе. Поэтому надо постоянно следить за вакансиями в интернете, которые сообщаются и агентством занятости, и другими структурами.

-Как Вам кажется, почему сегодня снова всплыла история с гражданством председателя Верховного суда Ивара Бычковича ? В пору, когда Вы были руководителем Управления натурализации, Вы уже рассматривали это дело.

-В управление натурализации любой человек может подать заявление, если он считает, что любое лицо, независимо от его социального статуса, которое является гражданином, гражданство получило незаконно. Гражданство мы получали в начале 90-х годов, а потом путем натурализации и регистрации. Управление натурализации получило 2 заявления по поводу Бычковича, и наша обязанность была в этом деле разобраться, что и сделали. Это дело совершенно юридически чистое. Кстати, мне, как тогдашнему руководителю управления и моих коллегам, было совершенно все равно – рассматриваем ли мы дело бомжа или чиновника высшего ранга. Тогда была получена информация, что в начале 90-х годов упомянутый Бычкович получил гражданство незаконным путем, поскольку была предоставлена неправильная информация, и вся процедура проходила незаконно. Но решение Управление натурализации не принимает, решение может принять только суд. И та информация, которая была в нашем распоряжении должна была быть передана в суд. То, что теперь там творится – другой вопрос. Надеюсь, что все же дело кончится той фразой, которая написана в Кабинете министров –« Один закон и одна правда для всех». Я все же верю, что есть четная работа, честные люди и честное отношение.

-Поговорим немного о спорте, поскольку это тоже сфера Вашей деятельности. К тому же со здравоохранением в стране дела обстоят так, что остается самому позаботиться о здоровье. И сделать это можно как раз с помощью спорта. Что у нас со спортивными школами, будут ли они, останется ли у наших детей шанс приобщиться к спорту?

-Я слежу за спортом всю свою жизнь, спорт относиться к моим немногим хобби, и поэтому я достаточно много знаю о нем.

Да, сейчас в рабочем порядке идет проект решения думы об упорядочивании сети спортивных школ. Главное тут то, что в этом проекте не затрагиваются и не ущемляются интересы ни одного ребенка. Кстати, даже те дети, которые занимались спортом в тех школах, которые принадлежали министерству, и министерство просто их ликвидировало, и про этих детей мы думаем, как дать им возможность продолжить заниматься спортом. И оптимизация не касается тренеров, ни один из них не потеряет работ у. Рижская дума даже нашла возможность перефинансировать средства и сделать все, чтобы спортивные школы могли спокойно начать учебный год. Между тем, оптимизация спортивных школ тоже будет, правда, без ущерба интересам детей. Речь идет о том, чтобы в одной школе объединить несколько ранее существовавших секций по определенному виду спорту. Доказано, что если один вид спорта взять в одни руки, то результат получается лучший, чем если этим будут заниматься разные люди в разных школах.

К примеру, велосипедные виды спорта уже переданы в одни руки, там сразу повысились и результаты и качество тренерской работы, поскольку между тренерами есть здоровая конкуренция. Мы считаем, что такой общий взгляд на отдельный вид спорта может дать более эффектный результат. А если, например баскетбол есть в шести разных спортивных школах, то как правило в такой тихой, почти семейной обстановке не происходит каких-то выдающихся и ярких событий и достижений. Кроме того, проанализировав ситуацию в спортивных школах, мы пришли в к выводу, что непосредственно к занятиям спортом причастны менее половины людей, которые числятся в таких учреждениях. То есть, там очень раздут административный и технический аппарат. Есть возможности его сократить, а некоторые функции передать частным фирмам, что будет и лучше, и дешевле.

Интервью публикуется в сокращении