-Вы не так давно советовали всем женщинам и девушкам носить в сумочке газовый балончик. У нас все так плохо в стране?

-Скажем, я не совсем советовала. Это лишь интерпретация одного моего интервью, в котором меня журналистка спросила: в одном из районов девушки, чтобы защититься, ходят с бейсбольными битами, настолько там опасная ситуация. На это я сказала, что гораздо удобнее носить газовый балончик. Так что, это не совсем совет, но газовый балончик не помешает. Полиция, конечно, работает, может защитить людей, но и самому не мешает подумать о своей безопасности и защищенности.

-Исходя из Ваших слов, ситуация ухудшилась.

-Ситуация ухудшилась, поскольку возросла преступность, вернее, отдельные виды ее. Сейчас выросло число ограблений, мы почти каждый день слышим об этом. Или в магазине, или в ломбарде, или на бензоколонке постоянно что-то происходит из-за пары сотен латов. Стало больше и квартирных краж. Выросло и число нападений на людей на улице, преступники отнимают сумочки или телефоны. В то же время, полиция знает ситуацию, следит за такими видами преступлений, и раскрывает больше, чем раньше. Я считаю, что мы справляемся с ситуацией сегодня.

-А насколько выросла преступность? Что говорит статистика? Стало больше правонарушений в 2-3 раза?

-Не настолько больше. Но по сравнению с прошлым годом преступность выросла примерно на 20-30%. Ясно, что это связано с экономической ситуацией, с кризисом. И некоторые люди при иных обстоятельствах не стали бы совершать преступления, если бы не ухудшившаяся экономическая ситуация.

-Наверное, дело не только в кризисе, но и в том, что полицию тоже изрядно сократили.

-Не могу сказать, что преступность растет из-за того, что полиции стало меньше. Полиция сокращалась, большей частью, за счет бухгалтерии, кадровиков, пресс-службы. В прошлом году наша полиция насчитывала 10.5 тысяч человек, что было слишком много для нашей небольшой страны. Сейчас в рядах полиции работает 7.5 тысяч человек, и этого, по-моему, вполне достаточно. И эти люди вполне справляются со своей работой и своими задачами.

-Вице-мэр Риги Айнарс Шлесерс заявил, что правоохранительные органы работают в тесном контакте с криминальными структурами. Он сказал об этом в связи с Центральным рынком, где, он думает, структуры безопасности прикрывают бандитские группировки.

-Шлесерс по этому поводу высказывается второй раз. Первый раз он говорил в связи с такси. Но тогда таксисты признали, что известная стрельба происходила по их же инициативе, в целях рекламы, если можно так сказать. Тогда вице-мэр заявил, что полиция в этом виновата. А на этот раз Шлесерс просто открыто оскорбил службы, которые работают в нашей системе. Но больше всего он оскорбил своих коллег по партии, которые долгое время возглавляли МВД и контролировали ситуацию в этой системе. Я считаю, что это чистая полиция, рекламная кампания за счет нас. Потому что такой информации у нас нет, о которой он говорил. Тем не менее сам г-н Шлесерс устроил на работу своих знакомых на том же самом рынке.

-И все-таки полиция порой полиция потакает преступным действиям. К примеру, прикрывает киоски, где ночью нелегально продают алкоголь, который, как известно, по ночам продавать нельзя.

-Разумеется, бывают люди, которые используют свое служебное положение в корыстных целях. Но такое встречается во многих структурах, не только в полиции. Но хочу сказать, что полиция та структура, которая больше всего самоочищается. Потому что очень часто сама полиция раскрывает такие случаи. Это касается и дорожных полицейских, берущих взятки, их задерживает сама полиция. Призываю и обычных людей, которые сталкиваются с подобными случаями и сообщать о них.

-Как Вы считаете , могут ли очень произойти какие-то социальные волнения, о которых немало говорили и политики, и аналитики?

-Думаю, ситуацуия в связи с кризисом, накаленная. Люди сами могут оценить, помогает ли битье окон тому, что у государства появятся деньги или нет. Но напомню, что все официально заявленные мероприятия, обязательно проходят. Таких только в этом году было около 50, и полиция всегда их контролировала . Как вы помните, 9 мая, когда в одном месте собрались сотни тысяч людей, некоторые из которых и выпивали, случались и небольшие драки, все обошлось без особых происшествий. Полиция полностью контролировала ситуацию. Никаких серьезных инцидентов не было. Думаю, это доказательство того, что мы с ситуацией справляемся.

-А сколько сейчас получает полицейский? И не случится ли, что если ему опять сократят зарплату, то он встанет на сторону протестующих?

-Во-первых, в следующей году даже мысли не допускаю, что опять будет урезана зарплата полицейских. Только в этом году полиции урезали на 40%, Сегодня наши сотрудники получают от 250 до 400 латов. Для той работы, которую эти люди исполняют, это действительно жалкая зарплата. Я стараюсь и в кабинете министров, и в парламенте, и у президента об этом говорить и, думаю, всех убедила, что больше сокращать у нас ничего нельзя.

-Звонок в студию: моя родственница чуть не пострадала от воровки-цыганки в подземном переходе. Полицейские говорят, что там регулярно задерживают беременную цыганку, которая тащит кошельки у людей. Но ее почему-то всегда выпускают, и никак не наказывают. Почему?

-Думаю, надо смотреть в законе. Есть карманные воры, которые задерживаются многократно. Их задерживают, проверяют документы и отпускают. Наверное, надо в законе пересмотреть вопрос усиления ответственности. Но, с другой стороны, мы, как полиция отказались от идеи декриминализации мелких преступлений. Вначале думали, что полиции надо больше работать на улице, а не в кабинете. Но если работать над каждой буханкой хлеба, которую украли в магазине, то это стоит очень дорого, занимает много времени, и никаких результатов не дает. В этой ситуации мы от этого отказались. Поэтому уголовная ответственность все еще в силе за такие преступления. Поскольку для пенсионера, у которого вырвали буханку хлеба, это очень много значит. И мы оставили уголовную ответственность за подобные преступления, надеясь, что кто-то испугается ее и не совершит преступление.

-Однажды мы говорили с вами о бюджете, сокращениях в нем, и Вы сказали, что, в частности, от некоторых пособий - пособий по уходу за ребенком в том числе маминых зарплат, сегодня можно отказаться. Вы сказали, что те люди, которые имеют доход больше, чем минимальный, могу прожить и без пособий. Вы сейчас тоже придерживаетесь такой же точки зрения?

-Я не сказала, что мы можем от этого отказаться, Но сказала о том, что было бы хорошо -установить потолок. Ясно, что есть многие пособия, в том числе и по безработице, когда люди получают две тысячи латов, и это совершенно нечестно по отношению к тем, кто работает и получает 250-300 латов. Поэтому считаю, что установление потолка для пособия по безработице, к примеру, в размере 500 латов. Это все равно было бы больше, чем зарплата полицейского, который каждый день рискует жизнью.

-А вы допускаете, что какие-то пособия могут быть упразднены?

-Об этом надо говорить с министром благосостояния. Но о себе могу сказать, что я получаю на ребенка ежемесячно 8 латов пособия, мне эти деньги не помогают жить. Но есть семьи, где это пособие очень важно, поэтому можно было бы оставить его тем, кто в нем нуждается, А работающим людям, достаточно обеспеченным, можно было бы отменить такое пособие.

Полностью программу "Разворот" с Линдой Мурниецце можно прослушать в подкастах за 7 октября