-Непогода нанесла урон Даугавгривской тюрьме, в прошлый раз Вы из-за этого не смогли прийти к нам в эфир. Расскажите об этом происшествии.

-Сильный ветер действительно повредил крышу в тюрьме. Это не удивительно, все сооружения у нас очень старые, построены примерно в 1890 года, при царе Горохе, как говорится. Тогда же ветром были повалены деревья, растущие на территории, они упали на сооружение, в котором находится охранная команда. Кроме того, в ту грозу молния ударила в большую трубу при котельной. В связи с этим возникли серьезные проблемы.

-Но сейчас все починили?

-Нет, конечно. Потому что у нас не хватает денег. Правда, крыши мы починили своими силами, но сейчас ждем решения правительства о выделении дополнительных средств, чтобы сделать более серьезный ремонт.

-А из тюрьмы никто не сбежал, пока были такие разрушения?

-Да вы что? Уверен, что ничего подобного ни сейчас, ни в будущем не будет.

-А все тюрьмы находятся в таком плачевном состоянии, как Даугавгривская? Вроде какую-то новую тюрьму в Риге собираются строить?

-Я не знаю про это ничего. Наверное, вы говорите о новом комплексе полиции, который находится на ул. Гауяс. Тюремная система построена, как я уже говорил, в прошлом веке. Она нуждается в средствах, чтобы поддерживать в ней порядок и вводить современные охранные средства. Но сами сооружения достаточно прочные и будут стоять еще 100 лет. Просто им необходимы какие-то дополнительные работы, чтобы здания соответствовали 21 веку – нужно менять канализацию, устанавливать новые трубы. Это все большие капиталовложения, и мы не можем это себе позволить.

-А Евросоюз не может в этом помочь?

-У Евросоюза свои тюрьмы, у нас – свои.

-Ну, а какая-то программа есть? Мы ведь все-таки часть Евросоюза...

-У нас в общей концепции Министерства юстиции есть статья о расширении тюремной системы, где указаны конкретные сроки того когда, что и где будет меняться. Там же сказано о том, что мы можем рассчитывать на государственное и частное предпринимательское отношение, где предприниматели смогут участвовать в строительстве или в обслуживании тюрем. Надеюсь, что в ближайшем будущем такие проекты начнут уже работать.

Хочу еще сказать, что не надо бояться понятия "частная тюрьма", потому что частная тюрьма представляет собой только частный капитал, а все управление там сохраняет за собой государство. Всю работу в тюрьме обеспечивают частные чиновники, а саму тюрьму содержит частный капитал.

-А условия содержания в латвийских тюрьмах соответствуют европейским нормам? И как жара повлияла на эти условия? Кондиционеров, разумеется, в камерах нет?

-Конечно, условия содержания заключенных не такие, как здесь в студии, где работают хорошие кондиционеры и совсем не жарко. В тюремных камерах нет кондиционеров, условия содержания заключенных не везде самые хорошие, но я считаю, что у нас в государстве все тюрьмы соответствуют тем требованиям, которые от нас требуют вышестоящие инстанции. И пока не будет новых стандартов, мы будем работать с теми тюремными помещениями, которые сегодня есть.

-А в связи с жарой и отсутствием кондиционеров в камерах, возмущения и бунтов среди заключенных нет? Ведь не секрет, что часто заключенные пишут жалобы и возмущаются условиями своего содержания, а также выражают недовольство по поводу питания...

-С одной стороны, думаю, они и правы, потому что они такие же члены нашего общества, как и мы с вами. Единственное, что они осуждены за какие-то нарушения закона, но после выхода из тюрьмы они будут иметь право голосовать также, как и все мы. Реально они требуют того, что мы должны им предоставить. Конечно, и среди них есть зачинщики, которые постоянно чем-то недовольны и часто пишут жалобы, но это их право и мы должны это рассматривать.

Я хочу при этом сказать, что очень многие из них тоже готовятся к 1 сентября и будут продолжать учебу, которая у нас проводится во всех тюрьмах. Они продолжат получать профессиональное обучение и получать новые специальности. Я считаю, что многие из них хотят в своей жизни многие изменить и, выйдя на свободу, начать нормальную жизнь. Я сказал бы, что находясь в исправительных учреждениях Латвии, человек не деградирует и не остается за бортом жизни. Конечно, если человек окончательно опустился и думает только, как получить наркотики, или как, оказавшись на свободе, снова попасть в тюрьму, то трудно что-то изменить.

-А что у нас в тюрьмах есть какие-то производства, как в советское время? Заключенные что-то производят? Или в условиях рынка этого больше нет?

-Есть база, которую мы сдаем коммерсантам. И самый яркий пример – Рижская Ильгюциемская тюрьма и тюрьма Браса, где одна из фирм шьет одежду. Есть швейное производство и в Елгаве. Но я хотел бы, чтобы из всего состава заключенных работало больше, чем 50%. В настоящее время заняты работой только около 25% всех заключенных.

-Звонок в студию: кадровые сокращения и уменьшения зарплат, вероятно, привели к тому, что профессиональные работники ушли. Не получилось ли так, что сегодня остались работать в системе тюремного заключения не самые честные люди?

-Да, вопрос очень серьезный. Действительно, от нас уходят очень хорошие работники в Госполицию. Почему? Да потому, что работники тюремной системы получают примерно на 50-60 латов меньше, чем сотрудники Госполиции.

Это довольно большие деньги для человека, и я практически не могу удержать людей. Хотя, надо сказать, работа у нас намного сложнее и ответственнее, чем в полиции. Поэтому в ближайшие время я собираюсь обратиться к правительству, чтобы там рассмотрели вопрос о зарплатах наших сотрудников.

-Был разговор о сокращении штата сотрудников тюремной системы. Но ведь у вас там постоянные какие-то посты... Если кто-то не выйдет на работу, могут возникнуть проблемы с охраной заключенных...

-Я всегда говорил, что если у половины города отключить воду, то город выживет, а если в тюрьме сократить половину сотрудников, то не только у города будут проблемы, но они будут и у всей Латвии.

-А в связи с уже прошедшим сокращением штатов, не было ли у вас случаев, когда сотрудники пытались пронести заключенным наркотики, какие-то запрещенные предметы, мобильники?

-Я этого вопроса ждал. В последние годы мы очень серьезно работали, чтобы не допустить таких случаев. Были долгосрочные оперативные мероприятия, в результате которых был задержан начальник оперслужбы Елгавской тюрьмы, очень высокопоставленный работник, который совершал именно такие преступления. Были задержаны и сотрудники Центральной тюрьмы по такому же поводу. Сейчас идет работа и по другим тюрьмам.

-А часто у заключенных изымаются запрещенные мобильные телефоны? Ведь бывают случаи, когда они даже звонят в прямой эфир на радио или телевидение.

-Я думал, что и сегодня будут звонить. Но надо сказать, что у нас идет постоянная работа, и только за последние семь месяцев было изъято более полутора тысяч мобильников, большое количество наркотиков и других запрещенных веществ.

-Скажите, а должностные лица содержатся в лучших условиях, чем остальные? Может, у них есть и кондиционеры, и телевизоры? Вот недавно в тюрьме находился экс-мэр Юрмалы Раймонд Мункевиц, которого только что выпустили под залог.

-Хочу сказать, что по закону должностные лица содержатся отдельно от остальных. Но хочу просто сообщить тем, кто попадет из числа должностных лиц в места заключения, что ничем эти камеры не отличаются от других.

-Но такой человек может, заплатив, например, улучшить свои условия заключения?

-Может только с помощью своего личного труда. К примеру, если сам покрасит стены в камере или сделает какой-то ремонт. Но он не может прийти со своей мебелью, со своими услугами.

-Звонок в студию: А есть ли у нас амнистия? И если есть, то сколько человек условно-досрочно освобождается в год?

-За последнее время амнистии не было. И этот акт законности весьма своеобразный - все зависит от президента, который может эту амнистию объявить. Что касается условно-досрочного освобождения, то каждый месяц в каждой тюрьме рассматриваются заявления о предоставлении документов на условно-досрочное освобождение. И тут рассматриваются и поведение заключенного, и его учеба, и работа.

-Звонок в студию: сколько сантимов тратится на питание одного заключенного? И сколько в следственной тюрьме продолжается следственное заключение в ожидании суда.

-Могу сказать, что на содержание одного заключенного государство платит в день около 10 латов. Это и электричество и зарплаты сотрудников, и обеды и ужины. Денежное содержание на питание составляет около лата в день. Так дешево не потому, что мало кормим, а потому, что сами готовим. В последнее время в рацион заключенных было добавлено и по 200 граммов овощей, содержащих витамины, которые стоят недорого.

Что касается содержания в следственных тюрьмах, это вопрос не к нам, а к судьям, которые рассматривают уголовные дела. Но в среднем люди находятся в предварительном заключении не больше года. Этот срок потом вычитается из общего срока наказания.

-Звонок в студию: в советское время тюрьмы находились на всем пространстве огромных территорий страны. И встретить заключенному своего земляка среди сотрудников тюрьмы удавалось крайне редко. А в Латвии сейчас все практически знают друг друга. Не влияет ли тот факт, что тут замлячество встречается сплошь и рядом?

-Конечно, психологически влияет. Но скажу, что любой человек, который работает в системе, где должен соблюдаться закон, может встретиться со своим отцом или матерью. И тогда он должен передать свои обязанности другому сотруднику, чтобы была соблюдена объективность.

-В последнее время участились случаи, когда человек, выйдя на свободу, практически сразу вновь возвращается в тюрьму...

-Конечно, такое случается. Ведь человек после освобождения часто оказывается без работы, без дома, без денег, без пищи. И тут случается, что он выбирает самый легкий путь, который уже знает. То есть ему легче вернуться обратно, чем учиться заново строить свою жизнь. Но я скажу, что очень многие никогда больше не возвращаются в тюрьму, и я очень рад за них.

-Звонок в студию: я читал заключение наших социологов, которые утверждают, что количество русскоязычных заключенных значительно превышают число латышских заключенных. Так ли это?

-Хочу сразу сказать, что национальность никак не влияет на уровень преступности. В наших тюрьмах примерно одинаковое количество русских и латышей. Однако, думаю, такое мнение возникло оттого, что языком общения в тюрьмах, даже с иностранцами, является русский. Наверное, тут отчасти и влияние специфического тюремного жаргона, в основе которого находится русский язык.

Полностью интервью и начальником Управления мест заключения Висвалдисом Пуките можно услышать в рубрике Подкасты в разделе "Утро на Балткоме" за 17 августа.