Вадим Радионов: Что в голове у диктатора? (2)

фото

Общество | 29 июня 2016 года, 16:11

Наверное, многие из нас задумывались над тем, почему некоторые люди, получая даже толику власти, становятся совершенно другими — бескомпромиссными, надменными, не принимающими другую точку зрения. Мне кажется, что диктатор, управляющий государством, по большому счету, мало чем отличается от «домашнего тирана».

В начале нулевых, буквально за пару дней до вхождения американских войск в Ирак, мне удалось взять интервью у личного переводчика Саддама Хусейна. Он утверждал, что весь иракский народ сплотился вокруг своего лидера и не даст иностранным войскам установить в стране свои правила. Переводчик даже сравнивал ситуацию с Великой Отечественной войной.

«Когда пришли немцы, встал весь советский народ, от мала до велика. У нас будет то же самое», — заявил он. И, видимо, чтобы не показаться голословным, добавил, что буквально пару часов назад разговаривал с Хуссейном: тот, мол, пообещал, что американцы на Иракской войне умоются своей кровью.

Кровь действительно пролилась немалая, но вот как в СССР не получилось: Саддама довольно быстро предали, а американцы взяли Багдад буквально за день. Многие иракцы, которые, казалось, еще недавно боготворили своего лидера, уже на следующий день с радостным остервенением срывали его плакаты со стен домов и крушили памятники свергнутому вождю. Переводчик, как потом выяснилось, сбежал одним из первых. Нечто похожее случилось и с ливийским лидером Муаммаром Каддафи, которого толпа его соотечественников растерзала перед объективами телекамер. Кто был всем, стал никем. Причем почти мгновенно. Отношения общества с диктатором строится почти всегда по одной схеме. Тиран приходит к власти, начинает репрессии, обожествляется, а затем либо умирает на своей должности, либо, что бывает чаще, свергается и проклинается народом. Весь промежуток жизни, который он проводит у руля, подчинен, по большому счету, только одной цели — удержаться наверху. Потому что свергнутый диктатор — это, как правило, жалкое зрелище.

В Туркмении мне довелось поучаствовать в приеме, который организовал лидер этой страны Гурбангулы Бердымухамедов. К тому моменту он сменил в "должности туркменбаши" скоропостижно скончавшегося президента Сапармурата Ниязова. Туркмены, присутствовавшие на приеме, относились к Бердымухамедову, будто к божеству: разговоры при его появлении стихали, люди расступались перед ним и чуть ли не на колени падали. А отлитые в золоте памятники Ниязову, который запретил в стране балет и распорядился заменить названия месяцев в календаре на имена членов своей семьи, стоят в Ашхабаде до сих пор. Самый высокий из них оснащен механизмом, который позволяет ему всегда смотреть на солнце: статуя поворачивается вслед за светилом.

По сути, диктатор приравнивается населением к Богу: мудрый, непогрешимый, сильный и смелый.

Продолжение читайте на портале "Новая газета".

Комментарии 2
Sergej Gluhihs5 месяцев назад
чипсы и кола...
кот5 месяцев назад
А что может быть в голове у Винни?