Неоднократно приходилось слышать, что к нам вернулись «лихие 90». По уровню преступности, глубинe падения экономики или обострению межнациональных противоречий. Мне иногда, особенно после чтения прессы, кажется, что на дворе — конец восьмидесятых годов. Так все плохо. Газеты пишут об ужасах современной латвийской сельской жизни — алкоголизм и насилие. О гибели латвийской науки . О том, что люди буквально осаждают больницы, умоляя купить у них почки. О том, что в проститутки нынче идут не только студентки, но и преподавательницы. О массовой безработице и эмиграции, закрытии школ и больниц. И так далее, сами знаете.

Причем пишут об этом не какие-нибудь издания пятой колонны, а уважаемые латышские газеты, руками известных латышских журналистов.

Ну, а о том, каким угрозам подвергается государственный язык, и напоминать не надо. В последнее время в латышской прессе это тема стала особенно актуальной. Как-то так получилось после почти 20 лет независимости, что язык остался последним прибежищем латышского народа.

Что же делать? Казалось бы, есть старинное правило — если не можешь изменить окружающую действительность, измени своё к ней отношение.

Примером позитивного мышления может служить Кристине из Кекавы, читательница газеты «Латвияс Авизе». Вчера поделившаяся с газетой своим мнением о новом партийном блоке «Виенотиба ». Другой бы начал вспоминать все прегрешения Эйнарса Репше или Гиртса Валдиса Кристовскиса. Но Кристине воскликнула: «Наконец-то создана партия, в которой объединились честные люди!». И это чертовски трогательно и простодушно.

Однако латвийские власти предпочитают подделывать зеркало, отображающее действительность.

Вы, может быть, знаете, что товарищи по партии выпускали для тяжелого больного Ленина специальную газету «Правда». В одном экземпляре. Там не было ничего такого, чтобы могло бы взволновать больного Ильича. И печатались его письма к съезду, чтобы его успокоить. А в настоящей «Правде» их не было.

В начале месяца президентская комиссия по государственному языку обеспокоилась тем, что "в выпусках новостей и на общественных, и на коммерческих телеканалах, вещающих на латышском языке, необоснованно часто дающие интервью люди не пользуются государственным языком, хотя и по должности, и по возрасту, скорее всего, владеют им". Это цитата.

"Обществу даются ошибочные сигналы о значении использования гос языка, мешая интеграции общества на основе латышского языка, создавая впечатление о неотвратимости двуязычия в Латвии", - заявила комиссия. И продолжала:

"Радио и телевидение играют незаменимую роль в единении общества на основе государственного языка, поэтому необходимо законом установить всеобщие требования к использованию государственного языка и в общественных, и в коммерческих электронных средствах массовой информации. Передачи на иностранных языках, в том числе и новостные, должны бы быть с субтитрами на латышском языке, чтобы быть понятными всем жителям страны", - указывает комиссия.

Это было напутствием депутатам, готовящим закон об электронных средствах массовой информации.

После его вступления в силу картина может стать такой. На латышских телеканалах в новостных сюжетах о местной жизни все говорят только по-латышски. Испытывающие с ним трудности в кадр не допускаются. Большие проблемы возникнут с рассказами о чрезвычайных происшествиях — все очевидцы должны будут говорить только на государственном.

На русских телеканалах все передачи, в том числе и новостные, будут с субтитрами. Это предложение фракции ТБ/ДННЛ было поддержано депутатами. Руководитель Службы новостей ЛТВ Марекс Гайлитис заикнулся было, что перевод русских новостей потребует примерно 50 тысяч латов, а где их взять? Но депутат Друвиете сурово ответила, что на вопросах языка экономить нельзя.

С интернетом проще — всех обяжут иметь латышскую версию.

А вот что делать с радио? Которое тоже упоминается в призыве президентской комиссии. В радиопрограммы субтитры не вставишь. Поэтому придется давать закадровый перевод. Или дублировать.

Зато какая благодать наступит! Включат властные мужи (или жены) телевизор: а там все по-латышски говорят! Или с латышскими субтитрами. Включат радио — аналогичная ситуация.

Вот она, подумают, гармония и полная интеграции общества на основе латышского языка, неотвратимое единоязычие! Хорошо-то как!

А как оно там на самом деле, в реальной жизни, уже не важно. И лучше не знать.

Вон, Ленин, узнал, разволновался и умер.

Плакат из собрания Латвийской национальной библиотеки.