Предполагаемый нацистский преступник Иван Демьянюк доставлен сегодня в Германию из США.

В Мюнхене должен состояться суд над ним.

Никто не забыт и ничто не забыто. Этот принцип должен одинаково соблюдаться и в отношении героев и в отношении палачей.

Ивана, или если угодно, Джона Демьянюка выдали Германии для суда. Его обвиняют в таких страшных преступления, да к тому же совершенных в таких количествах, что тут вроде бы и говорить-то не о чем. Одна смерть – трагедия, а 29000 смертей – это что, статистика, как в поговорке?

Но дискуссия, тем не менее, идет и довольно оживленная. Обсуждаются два вопроса. Есть ли срок давности у преступлений? И хорошо ли судить всем миром почти 90-летнего старика, который едва способен двигаться и судя по всему, уже не слишком хорошо соображает и не многое может внятно изложить? То есть не превратится ли все это в пародию на правосудие, в фарс, не вызовет ли процесс над Демьянюком жалости и сочувствия к этому человеку, мол, накинулись всей мощью на немощного?

По поводу срока давности скажу так: раз награды находят своих героев и лучше поздно, чем никогда, то и приговоры должны обязательно находить преступников.

Я бы, честно говоря, судил даже мертвых. Пускай это был бы не уголовный, а какой-то специальный процесс. Потому что в данном случае куда важнее осудить даже не конкретного человека, а само явление. Конечно, развалина, в которую превратился Демьянюк, будучи на свободе уже никому не может причинить ни вреда, ни беспокойства, кроме санитаров, которые будут выносить за ним утку. Но опять-таки не лично в Демьянюке дело.

Каждый такой процесс – это процесс над фашизмом, над идеей, благословляющей истребление людей как скотины на бойне. И таких процессов не может быть слишком много. Это не тот случай, когда можно с легким сердцем сказать: да ладно, и так уже все всё давно про это знают. Судя по тому, что фашизм процветает даже в стране, потерявшей в войне с этим фашизмом почти 30 миллионов человек, никакие напоминания здесь не окажутся лишними.

Что же касается суда над стариком, то, конечно, лучше было бы осудить Демьянюка раньше.

Сразу после войны это оказалось невозможно, но в начале 80-х Демьянюка вполне могли засадить за решетку. А тогда этот старичок был не чета нынешнему – очень бойкий, активный, гадкий, руками в камеру махал, матом ругался.

Вот тогда он очень органично смотрелся бы на скамье подсудимых. Тогда были живы еще многие из тех, кто прошел через концлагеря, были, в конце концов, родственники погибших. Для них справедливый приговор был бы очень важен.

Но он важен и сейчас.

Для живых и ради памяти мертвых.

И для того, чтобы Иван Демьянюк, если он палач, ушел на тот свет палачом, а не добропорядочным пенсионером.