Президент США Барак Обама намерен восстановить работу военных трибуналов для ограниченного числа заключенных тюрьмы Гуантанамо. При этом у подозреваемых появятся дополнительные возможности для юридической защиты.

Впервые такие трибуналы появились еще во времена президентства Джорджа Буша. Выполняя свое предвыборное обещание, Обама, буквально в течение нескольких часов после того, как приступил к исполнению обязанностей президента США, приостановил деятельность трибуналов.

Особую пикантность истории придает то, что совпадает она с эскападами подручного Джорджа Буша – господина Чейни.

Чейни все уши прожужжал насчет пользы пыток и все требует обнародовать положительные результаты их применения. И тут Обама с трибуналами.

Я, конечно, не думаю, что это прямое указание к возобновлению пыток, но такие совпадения в информационном пространстве всегда являются плохим знаком.

И еще худшим знаком является публичный отказ от своих предвыборных обещаний. А еще хуже, когда обещания выполнены, а потом перевыполнены обратно.

В общем, все это еще нуждается в подробностях, уточнениях и выяснении мотивов обамовских поступков более детально.

Но диспут-то уже идет. Диспут старый как мир – про закон и целесообразность. В упрощенном виде: следует ли карманнику Кирпичу подбрасывать кошелек, или по формальным причинам отпустить его как невиновного?

Раз уж они террористы, то почему бы их не попытать, чтобы добыть полезную информацию и спасти множество порядочных людей? И я совершенно уверен в том, что большинство, причем подавляющее, проголосует за пытки.

И не важно, идет ли речь об Америке или о России, или о любой другой стране. Такова человеческая психология.

При этом из виду упускается одна важная деталь. Закон придуман не только для того, чтобы ограничивать преступников и злодеев, но и для того, чтобы ограничивать самих стражей порядка. Потому что безграничная власть над подозреваемыми дает огромный простор для злоупотреблений, для наказания невиновных, для решения любых проблем следствия с помощью зверских методов.

Вот Чейни говорит фактически о том, что под пытками у агентов так называемой «Аль-Кайеды» удалось узнать много интересного. Но я думаю, что если начать пытать самого Чейни, мы бы узнали от него интересного не меньше. Более того – мы узнали бы от него то, чего он и сам не знает. Он бы сказал нам всё, что нам понадобилось бы.

Пытки применяют не только для того, чтобы установить истину, но и чтобы добиться выгодных показаний – и не суть важно правдивы они или нет. И если возможность пытать у американцев снова появится, нет никаких гарантий, что кому-то не захочется превысить полномочия. Там, где есть лазейка, всегда найдутся люди, желающие ею воспользоваться. Пускай у заключенных Гуантанамо появятся некие дополнительные возможности защиты, но использовать эти возможности будет очень трудно, а вот своими расширенными полномочиями трибунал воспользуется наверняка.

Короче говоря, за светлый образ Барака Обамы становится немного тревожно. Будем ждать от него пояснений.