К. БАСИЛАШВИЛИ: Если мы продолжим разговор о Грузии и Белоруссии, то сегодня как раз президент Грузии Михаил Саакашвили уже поздравил Лукашенко с выборами, с переизбранием на президентский пост. Россия пока ждет, официального поздравления пока не вышло. Почему Саакашвили так поспешил, на ваш взгляд? Вроде бы все осуждают. С ним вместе Иран и Венесуэла.

М. БАРЩЕВСКИЙ: Я много раз в эфире «Эхо Москвы» говорил, что я считаю Саакашвили человеком неуравновешенным, я его сильно не люблю. Впрочем, как и Лукашенко. По разным причинам. Я не берусь сказать, почему Саакашвили сделал это первым.

К. БАСИЛАШВИЛИ: В череде первых.

М. БАРЩЕВСКИЙ: В череде первых. Я думаю, что антироссийское настроение Саакашвили, оно столь явно, что вот если Лукашенко сегодня с Москвой ссорится, то, значит, он будет первый, кто Лукашенко должен поздравить, и уж точно быстрее, чем Москва. То, что Лукашенко будет президентом Белоруссии, это очевидный медицинский факт, к сожалению. Для меня к сожалению.

Это два персонажа, которые, с моей точки зрения, не подлежат серьезному анализу. По разным причинам, это очень разные люди. Я даже не знаю, кто страшнее. Если бы меня спросили, хотел бы я, чтобы был президентом России человек типа Саакашвили, я бы сказал, что жалко Россию. А если спросили, хотел бы я, чтобы президентом России был человек типа Лукашенко, я бы сказал, что без меня, я уеду.

К. БАСИЛАШВИЛИ: Саакашвили нам сейчас просто попался под руку, грубо говоря. А в основном мы обсуждаем те выборы, которые прошли в Белоруссии.

М. БАРЩЕВСКИЙ: Чего вы обсуждаете?

К. БАСИЛАШВИЛИ: Выборы, которые прошли в Белоруссии.

М. БАРЩЕВСКИЙ: Там выборы были?

К. БАСИЛАШВИЛИ: Результаты выборов и то, что было после выборов. Наверное, это даже важнее. Та жестокость, которая была применена при задержании оппозиции, на ваш взгляд, она оправдана? Почему была применена именно такая жестокость? Ведь выборы выиграл, ведь уже на президентском посту.

М. БАРЩЕВСКИЙ: Диктатура никогда не идет по нисходящей. Демократия может идти по нисходящей. Диктатура всегда идет по нарастающей. Я ответил на ваш вопрос?

К. БАСИЛАШВИЛИ: Т.е. хочется всё больше и больше, подавлять и подавлять?

М. БАРЩЕВСКИЙ: Да.

К. БАСИЛАШВИЛИ: Разошелся?

М. БАРЩЕВСКИЙ: Абсолютная нетерпимость к любому проявлению несогласия с твоей волей, с твоим желанием. Взяли, праздник испортили.

К. БАСИЛАШВИЛИ: А-а, праздник испортили.

М. БАРЩЕВСКИЙ: Там было другое интересно. Если уж вы хотите, чтобы я немножко на эту тему поговорил… Лукашенко мне не интересен, с ним, на мой взгляд, всё понятно лично для меня. А вот председатель ЦИКа – я вчера видел сюжет – говорил совершенно искренне о том, что ладно девки на выданье ходят на массовые мероприятия – там парней много, но когда серьезные женщины, уже замужние, выходят на митинги и демонстрации, значит у них что-то не в порядке с головой.

К. БАСИЛАШВИЛИ: Матроны должны сидеть дома.

М. БАРЩЕВСКИЙ: И вот тут я, честно говоря, заулыбался. Я собираю разные виды изощренной логики, но такого я еще не видел. Логика-то какая? Что политика не женское дело. Если уж и ходить женщине куда-то в политику, то только чтобы мужа найти. А уж коли нашла мужа, то всё, сиди дома, ты свое дело сделала. Возникает вопрос: а чего она тогда в ЦИКе работает?

К. БАСИЛАШВИЛИ: Стечение нерадивых жен произошло у них на площади.

М. БАРЩЕВСКИЙ: Какой-то уже полный маразм.

К. БАСИЛАШВИЛИ: А как реагировать на произошедшее? Европа смотрит выжидательно, Россия тоже пока ждет. Между прочим, там арестованы и россияне, наши коллеги. Александр Астафьев, фотограф, по-моему, на 10 суток, шлет смс о том, как с ним обращаются, он чуть ли не голодовку уже объявил. И бьют, и есть не давали.

М. БАРЩЕВСКИЙ: Не берусь комментировать то, что было конкретно с Астафьевым. Он шлет смс-ки, что его бьют, белорусы скажут, что у него санаторные условия. Я стараюсь не комментировать такие жареные факты.

К. БАСИЛАШВИЛИ: Но факт есть факт, что арестованы наши соотечественники.

М. БАРЩЕВСКИЙ: Вот об этом давайте поговорим. Нельзя арестовывать аккредитованных журналистов. Астафьев не был аккредитован, поэтому он там пребывал не в качестве аккредитованного журналиста. Я абсолютно убежден в том, что наш МИД принимает очень активные действия, для того чтобы россияне были освобождены. Не сомневаюсь в этом ни на секунду, просто знаю это. Не думаю, что эти действия приведут к быстрому и желаемому результату в силу тех взаимоотношений, которые сейчас сложились. Понимаете, журналисты всегда оказываются… Это рискованная профессия, мы же с вами это знаем. Журналисты всегда рискуют подобного рода ситуациями.

Но вы сказали про Европу, что Европа настороженно смотрит и настороженно смотрим мы. Дело в том, что Европе намного проще смотреть настороженно – их с Белоруссией ничего не связывает. А нас, помимо границ, связывает единое таможенное пространство. Нас связывает то, что Белоруссия для России является дотационным регионом. Путин недавно называл, по-моему, порядка 6 млрд. долларов в год обходится нам дружба с Лукашенко.

Белорусы абсолютно братский народ, реально братский народ – мы связаны одной историей, у нас перемешаны семьи. Я не могу воспринять Белоруссию просто как соседнее государство. Это не область России и не российский регион, но это и не соседнее государство типа Латвии, Литвы, Эстонии. Многовековая совместная история. Знаете, кровь не водица. Поэтому мне, честно говоря, очень больно то, что происходит в Белоруссии. Но меня радует то, что происходит сейчас между нами и Украиной.

К. БАСИЛАШВИЛИ: Неожиданный переход.

М. БАРЩЕВСКИЙ: Я объясню почему. Это к вопросу о роли личности в истории. Я очень надеюсь, что рано или поздно в Белоруссии выберут другого президента. Я не вмешиваюсь во внутренние дела Белоруссии. Но когда-то же все президенты уходят. И вот появится президент, не имеющий ярко выраженного антироссийского настроя. Мне кажется, что это было бы для нас очень хорошо.