Певица Камилла: хочу, чтобы муж не запрещал петь

фото

Woman | 7 апреля 2016 года, 18:20

В "копилке" рижской певицы Камиллы (Яны Клявини) – победа на конкурсе "Роза ветров", 3 место на недавнем "Славянском базаре", а еще – благополучно пройденные отборы на шоу "Голос" и "Главная сцена", после которых хрупкая Яна, казалось бы, преодолев все испытания, вдруг получала отказ.

Откуда у этой молодой женщины столько сил и зачем ей постоянные музыкальные баталии, лучше всего объясняют 1147 слов, сказанных ею самой.

Я – "татаро-абхазская латышка". Мама у меня татарка, родившаяся в Башкирии, папа, который меня вырастил, -- латыш, а настоящий папа по крови – абхазец.

Мое детство – это запах парного молока. У прабабушки в Башкирии были коровы и козочки. Там, в основном, все продукты – свои. Не просто из этой страны, а из этого города. Я родилась в Риге, но в 6 лет переехала в Башкирию, а в Латвию вернулась только после окончания школы.

Я уже лет в 5 вставала на стул, надевала шляпу, пела и зарабатывала. Мама всегда платила мне деньги за "выступления". Помню, когда появились видеокамеры, мама попросила спеть для записи "Мадам Брошкину". И я исполнила за 100 рублей, держа в руках вместо микрофона лак для волос.

Педагоги по вокалу сказали маме: "Сольной певицей ваша дочка не станет". У нас были ребята, которые ездили на телепередачу "Утренняя звезда", участвовали в конкурсах, а я всегда стояла в последнем ряду и мне часто даже микрофона не хватало – заменяла сжатым кулачком. Но мама с упорством не переставала "лепить" из меня певицу.

С шести лет у меня не было ни одной минуты "на поиграть". Утром я шла в школу, потом за 20 минут добегала до Дома культуры на вокал, оттуда – в музыкальную школу на уроки фортепьяно, сольфеджио, теорию музыки. Потом я кое-как делала уроки – и спать. Просыпаешься – все сначала. День сурка.

фото

С Раймондом Паулсом в 12 лет.

На музыку я ходила со слезами – нас часто били по пальцам. Но сейчас я благодарна за эти мучения. Благодаря им, я понимаю, что пою.

На конкурс "Роза ветров" в Москве я ездила 5 лет подряд, с 17 лет до 21 года. В итоге победила и получила грант на бесплатное обучение в Славянской академии культуры. Для этого нужно было принять гражданство России. Но тут я уперлась и сказала маме: "Никуда не поеду, хочу жить в Латвии, моя родина -- здесь".

Мне кажется, что среди наших эстрадников я... хорошая. Конечно, я мечтала жить в Москве, где все звезды. Но сейчас нисколько не жалею, что осталась в Риге. Москва все-таки очень большая, пробиться трудно, а здесь я сижу на своем "трончике". В Латвии чистых эстрадников по сути мало, больше тех, кто поет с уклоном в джаз или классику. Мне же нравится чистая эстрада. Кстати, говорю я на русском, английском и татарском, а пою – еще и на латышском, итальянском и испанском.

фото

С Сергеем Шнуровым.

Мне очень много дал проект "Хэлло, Юрмала" -- эдакий "Дом-2", только с музыкой. Мы вместе жили, пели, строили любовь. Я 6 месяцев прожила под камерами. И любовь тоже была – с итальянцем. Сообразила: раз все строят парочки – и я должна. Итальянца очень любила публика, и я подумала: "Ага, если буду с ним, то меня не выкинут!" В результате дошла до финала. Но поняла, что не хочу в мужья иностранца. У меня должен быть русский Ваня.

Я штурмовала "Новую волну" бессчетное количество раз. Когда меня не выбрали и в прошлом году, не выдержала и подошла к режиссеру конкурса Александру Ревзину: "Что не так? Может, не стоит и пытаться? Что мне делать?" И он сказал всего два слова: "Не пропускать". Так что и в этом году я подала заявку и жду отборочного тура.

фото

На шоу "Голос".

На "Голосе" я попала в число тех 150 человек, которые ждут перед дверью, зная, что выберут ровно половину. Был еще резерв – 50 человек. Когда приехала в Москву на репетицию, из основной группы перекочевала в резерв. Возможно, организаторам не понравилась публикация в одном из рижских изданий – они не сильно хотели рассказывать что-то про проект до старта. Но я все равно репетировала, постоянно ездила из Риги в Москву и обратно, выбрала песню. А потом пришло письмо, что резерв автоматически переходит в основу следующего года. В следующем году я ждала звонка, но... оказалось, что, несмотря на "автоматически" заявку все-таки нужно было подать снова.

В проекте "Главная сцена" я тоже прошла отбор, правда, услышала странную фразу: "Вы так хорошо поете. Что же нам с вами делать?" Снова начала готовиться, курсировать между Ригой и Москвой, уже штампы при пересечении границы в паспорт перестали помещаться. Ездила-ездила – и письмо: "К сожалению, вас все-таки не выбрали, попытайте счастья в следующем году". Мы с мамой смеялись, что надо у них справку сразу брать с печатью – прошла, мол..

На свете немного людей, которые могут постоянно слышать слово "нет". Но, наверное, у меня к нему уже выработался иммунитет.

фото

Снимок для участия в конкурсе "Мисс спидвей".

Участие в конкурсах – мой адреналиновый наркотик. Волнуешься, внутри все крутит, руки трясутся, но и жить без этого не можешь.

В последнее время мне очень нравится красный цвет. Может быть, потому, что это цвет победы?

Я не могу сказать родным: "Слушайте, я тут замуж выхожу, да ну ее, эту музыку!" Мне уже 29 лет и, может быть, если бы не все эти конкурсы, я бы уже имела семью, ребенка, нескольких детей, может быть, даже. Но родственники, особенно – мама, вложили в меня столько сил и так в меня верят, что у меня нет права их разочаровать.

фото

Пусть мой муж будет хоть сварщиком, но чтобы любил и не запрещал петь. Потому что очень много раз было – красивый мальчик, у нас такая романтика, а потом: "Как долго ты собираешься петь?" И я понимаю: это – звоночек.

Очень люблю сериалы про семью и детей. Например, "Мамочки" – все 20 серий посмотрела на одном дыхании.

Нашему дуэту с Димой Милениным уже почти два года. Как-то все сложилось – и с ним, и с композитором Гайтисом Лаздансом. Я потихонечку тоже пишу музыку и даже вместе с Димой написала слова к песне "Без тебя мне не лететь".

Альбом свой очень хочу, мне 30 лет скоро. Хочу концерт -- большой теплый праздник для друзей, хотя это и дорогой каприз. А в остальном... Если мне суждено стать артисткой высокого уровня, то я ею стану. Если же нет... Ну нет, так нет.

фото

С Димитрием Милениным.

Неожиданно начала делать кокошники, которые можно носить и как колье. Взяла ткань, бусинки, купила клеящий пистолет. Это такая болезнь оказалась – теперь все хочется дома приклеивать. Цветы сделала из ткани. Никаких инструкций в интернете не смотрела, подумала: "Ай, не получится – так не получится". Но получилось, и с тех пор не могу остановиться.

Если я ночью не поем, то не усну. Я вообще ем много, часто жарю картошку с луком и морковкой часика в два ночи. Пока на фигуре всё это никак не сказывается. В этом смысле я в маму, она в свои 62 года выглядит как девчонка, и у нас с ней один размер.

Туфель у меня столько, что их можно солить. Я даже не знаю, сколько пар. Есть такие, которые еще ни разу не обувала. И такие, которые купила просто потому, что они красивые, и это была последняя пара.

Я жуткая кошатница. У нас 8 котов породы шотландская вислоухая. Мы с мамой шутим, что это мы живем у котов, а не они у нас.

фото

В кокошнике, сделанном своими руками.

Хочу, чтобы у меня в 50 лет было двое взрослых сыновей, дочь, может быть, уже и внуки. Хочу продолжать петь. Если повезет, хочу стать второй Тамарой Гвердцители. Хочу, чтобы была жива и здорова моя мама. Муж? Ой, да, наверное, и мужа хорошего хочу.

Почему-то многие мужчины думают, что я очень пафосная, что мне нужны дорогие машины и рестораны. На самом деле я простая как 3 копейки.

Фото: Марис Морканс/MIX MEDIA GROUP, Аркадий Глухих и из личного архива

Комментарии