Виктор Сухоруков: "Если умру, так на лету, на бегу, на скорости!"

фото

Woman | 15 мая 2017 года, 09:20

Виктора Сухорукова журналисты обожают — встреча с ним всегда праздник. Искренний, тонкий, невероятно светлый и добрый актёр, который и на экране, и на сцене, и в собственной жизни прошёл тяжелый путь для того, чтобы найти себя и стать тем самым Виктором Ивановичем Сухоруковым.

фото

Когда-то он мне признался: «Единственное, о чем жалею – немножко опоздал с удачей, счастьем, любовью, влюбленностями...» И вот вторая встреча, в рамках гастролей «Московского драматического театра на Малой Бронной» в Риге. На сцене театра «Дайле» - «Тартюф», а у нас - интервью с прекрасным Виктором Сухоруковым.

фото

«Я верю в добро, свет, в нежность, искренность. Я верю в детсткость восприятия мира. Но это не значит, что нужно быть наивным, каким-то поверхностным или глупым.

Когда мне задают вопрос, я отвечаю так, чтобы, простите за тавтологию, мог ответить за то, что сказал. Да, меня могут обвинить в кокетстве, в какой-то игривости, притворстве, лицедействе, но не во вранье.

фото

У меня часто спрашивают: а где вы настоящий? Вы на сцене такой же как в жизни? А какой вы, когда остаетесь один? И меня это так удивляет...

Если я к вам пришел, то это мой выбор, и если я такой выбор сделал, то обязан быть с вами открытым, честным, искренним. А иначе скучно и неинтересно. И как не хочется, чтобы потом сказали: «Ой, да ну этого Сухорукова, нечего с ним разговаривать, он какой-то неживой».

Я хочу быть живым, хочу вызывать у вас интерес. А чтобы вызвать интерес, нужно быть притягательным, а чтобы быть притягательным, надо заманить вас и притянуть ваше внимание собственной индивидуальностью.

Но у меня есть «защита» - безответность. Вот зададите мне вопрос трудный, сложный, на который не смогу ответить, я просто попрошу другой вопрос. Ведь отказ — это тоже ответ.

фото

Детскость я не сохранил, я ее вернул. Когда-то она убежала, исчезла, спилась. Время же все стирает и нас старит: и тело, и сознание.

На каком-то этапе мне показалось: пусть кожа дрябнет, но внутри же можно оставаться на улыбчивым и искренним? Внутри же себя можно воспитывать взгляд на мир без зависти, без злобы, без ненависти, без высокомерия? Можно!

Ощущение присутствия на этой Земле, понимание, что ты человек, Homo Sapiens, ты существо разумное, ты на что-то способен и ты кому-то еще нужен - всегда, как мне кажется, делает тебя лучше.

фото

Чувствую себя на 34. Но здесь нет точного ответа, потому что нет математики. Я вам ответил эмоционально, а не по таблице Менделеева.

Есть отличное высказывание, который я услышал от одной женщине еще будучи студентом: «Я не чувствую себя старой, но стала замечать, что люди меня обгоняют». Вот это и есть критерий.

Когда тебе интересно жить, когда у тебя получается, когда ты востребован, нужен, тобой интересуются — ой, как это силы прибавляет!

фото

Поворотный момент в моей жизни произошел не в больнице, а в тишине. Молодеть я начал после мощного падения. После пьянок, после увольнений, когда уже стал утрачивать личностное начало, когда стал понимать, что Сухоруков исчезает как личность, потому что как актер он уже умер и изгнан из театра. Были же такие времена, хоть и очень давно.

Но потом я придумал себе другу жизнь — трезвую, деловую, открытую. И у меня это стало получаться. Хотя, я ни на что не рассчитывал.

Я человек бескорыстный и не знаю, в чем ценность: в одноэтажной хижине или в пятиэтажном особняке. Но когда мне уютно и тепло, то комфортно даже в песчаной норе.

Я очень счастливый человек. У меня же все получилось!

Один из пунктов счастья, когда понимаешь, что тебе ничего не надо. Это просто ощущение. Может быть, оно ошибочное, но сегодня я не озадачен материальными вопросами, не беспокоюсь о родине — она у меня есть, есть дом, работа у близких, ролей — туча... В моей биографии, на сегодняшний день, нет пустых мест, все заполнено, все гармонично, даже рубашки в шкафу так аскетично сложены, лучше, чем в магазине!

фото

Давно, когла снмали «Джеймс Бонд: Умри, но не сейчас», режиссер Ли Тамахори, который видел все картины Алексея Балабанова, пригласил меня на роль русского изобретателя.

И вдруг запланированные съемки переносятся на две недели раньше. Но в это время я снимался в фильмах, выпускал спектакль «Игроки» у Олега Меньшикова - у меня были обязательства! И когда сейчас шутят, мол, вас зовут в Голливуд, а вы не можете, у вас ёлки, то хочется воскликнуть: какие ёлки?! Какие каникулы?! Тогда у меня была грандиозная работа!

И отказавшись от той роли, которая прошла незаметно, я обрёл такой багаж, который мне позволил стать личностью уже в Москве.

Много лет назад у меня случился инфаркт. Просто мне однажды сказали: «У вас инфаркт. Поехали!». Я и поехал, пробыл в больнице, где врачи обложили меня какими-то нормативами и ограничения: то не есть, так не ходить, весить столько-то. Я так посмотрел на них снизу вверх, как мальчик-с-пальчик, а потом говорю: «Извините, друзья, у вас свой инфаркт, а у меня — свой». И бегом, бегом от них, по своей тропинке.

Я сказал себе: «Нет! Я не буду подчиняться этим уложениями и параграфам!». Потому внутри я молод. И если умру, так на лету, на бегу, на скорости! Ведь не хочется пролежней. В прямом и переносном смысле.

P.S. Если бы сегодня Голливуд меня позвал за собой, я бы съездил. Знаете почему? Из любопытства!»

Текст: Евгения Шафранек

Комментарии